— Здравствуйте, Галина Вячеславовна, — чинно поздоровалась с ней Марина.
— Доброе утро, Мариша. У вас новенькая, гляжу. Как зовут?
— Колесникова, Валентина, — представилась Валя, стараясь говорить хоть и вежливо, но с достоинством, не заискивая.
— Уже работаешь? — сладко осведомилась менеджер.
— Пытаюсь.
— Умница, — похвалила Галина и, покосившись на сосредоточенную Марину, произнесла фальшиво ласково: — Что-то ты хмурая, Мариночка. Не приболела ли?
— Нет, Галина Вячеславовна, все в порядке.
— И голова не болит? — продолжала лить патоку Галина.
— Говорю же, нет.
— Ну-ну. — Менеджер понимающе покивала. — А то, помнишь, третьего дня, когда ты мужчине вместо семисот грамм «ливерной» двести завесила — тогда головка-то «бо-бо» была. Верно?
— Верно, — совсем тихо, себе под нос, буркнула продавщица.
— Вот я и подумала, может, сейчас тоже что-нибудь? А то, вижу, покупательница ушла из вашего отдела недовольная, просто жуть. Как бы жалобу не написала.
Марина уже и не пыталась отвечать, стояла, молча опустив глаза, и теребила подол своего фартука. Вале стало ее ужасно жалко. Точно ведь, стерва эта Галька! Всю душу из человека вынет!
Она уже открыла рот, чтобы сказать что-нибудь колкое, но вовремя опомнилась. Да что ж это с ней! Сегодня утром нагрубила тетке, сейчас собралась ссориться с начальством. Ее ведь даже еще на работу толком не приняли, в любую секунду могут выгнать вон.
Галина между тем, добившись того, чего хотела, а именно полной Марининой подавленности и страха, еще раз медово улыбнулась и отошла от прилавка.
— Слава тебе, Господи! — Марина незаметно перекрестилась. — Значит, она все видела и слышала. Как мы с тобой болтали и как баба та взъерепенилась.
— Да ладно тебе переживать, — попробовала успокоить новую подругу Валя, — увидишь, все обойдется.
— Твоими бы устами да мед пить, — грустно проговорила Марина и подошла к очередному покупателю: — Что желаете?
Вале стало скучно. Прошло уже полтора часа, как она торчит в отделе, а дела настоящего нет. И куда подевалась Зоя Васильевна? Можно уже обслуживать покупателей или надо дальше сидеть, как чурбан, и глазеть на эту пессимистку Маринку?
Не успела она это подумать, как позади раздался знакомый, спокойный голос:
— Вот и я. Заждалась, поди? Как успехи?
Зоя Васильевна стояла рядом с Валей и улыбалась, мягко, по-доброму, чем-то напоминая Нину. Валя тоже улыбнулась в ответ:
— Все хорошо. Могу я поработать самостоятельно?
— Теперь, думаю, можешь. Пройди вот сюда. — Зоя Васильевна вывела ее из угла и поставила между Мариной и другой девушкой, веселой, рыжеватой толстушкой. — Мариша, Вера, следите за новенькой. Пусть она будет у вас на подхвате.