Вот оно. Лок придал лицу несколько озадаченное и обеспокоенное выражение, а затем приступил:
— Я изложил вам официальную версию. Но теперь… мы ведь можем говорить откровенно? Нет. Что вы, я вовсе не думаю, будто мисс Миннот повинна в смерти мисс Фрей.
— Тогда кто?
— Полагаю, ответ известен нам обоим, мэм.
— Мистер Твен убил Урсулу. Он ликвидировал бы и Мэси Миннот, но ей удалось бежать.
— Думаю, он собирался заявить, что мисс Миннот погибла в процессе задержания. Орудие убийства взято из инструментов ее лаборатории, вирус, отключивший систему наблюдения, запущен с ее планшета. Признаюсь, я бы ему поверил.
— Эммануэля Варго убил тоже он?
— Пожалуй, я не исключу такой возможности, — произнес Лок, словно эта мысль только что его посетила.
— Вы тоже находитесь под подозрением, я права?
— Если я в чем–то и виноват, так это в том, что повел себя наивно. Я с легкостью доверился мистеру Твену, и мне невероятно стыдно, ведь я оказался частью его махинаций. Тем более что теперь у него развязаны руки и он может продолжить.
— Что вы имеете в виду?
Лок чувствовал удовлетворение. Она попалась на его крючок. Он знал, что поймал ее.
— После того как обнаружили изменения в культуре диатомовых водорослей, команда принялась проверять все остальные привезенные образцы. Но никаких следов диверсии найти не удалось. Дальние совместно с нашими людьми вырастили свежие культуры диатомовых водорослей, и потому создание биома продолжится по графику. Нетрудно, однако, вообразить, что мистер Твен может планировать следующий шаг, начать действовать напрямую — например, убить кого–то.
— И кто же окажется его целью?
— Сожалею, но, вполне возможно, мишенью можете стать вы, мэм. Вы или Авернус.
— Если она вообще сюда приедет, чего мы пока не знаем. Вы поведали о своих подозрениях послу или Эуклидесу Пейшоту?
— Нет, что вы, упаси бог. У меня нет улик. Посол четко дал понять: он считает дело закрытым. Что же до господина Пейшоту… Со всем уважением, но он несколько… оторван от процесса.
Шри Хон–Оуэн кивнула:
— Что правда, то правда. Мистер Пейшоту получил свою должность, потому что его дядя гораздо лучшего о нем мнения, чем тот заслуживает.
Такая неосторожность профессора в высказываниях свидетельствовала о том, что Локу удалось заполучить ее доверие.
— Если я могу что–то для вас сделать, что угодно, вам стоит только попросить.
— А как же ваша клятва верности правительству?
— Правительство существует, чтобы служить кланам, мэм.
— Сколько вам лет, мистер Ифрахим?
— Двадцать пять.
— Двадцать пять. Кажется, вы родились в трущобах Каракаса. Уж очень быстро вы карабкаетесь по карьерной лестнице. Должно быть, вы очень амбициозны.