Сержант вышел, прикрыв за собой дверь, и Таннер повернулся к Кэти:
— Выкладывайте, что там у вас.
— Я бы хотела обсудить с вами кое-какие изменения, касающиеся круга своих обязанностей.
Некоторое время он с холодным выражением лица смотрел на нее в упор, потом опустил глаза и стал исследовать взглядом ноготь своего большого пальца.
— С какой стати я должен что-либо менять?
Кэти сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и изгнать малейшие признаки трепета из своего голоса.
— С тех пор как я нахожусь здесь — то есть в течение последних шести месяцев, — я работаю с сержантом Эллиот в отделе семейных и подростковых преступлений. В этой связи мне бы хотелось узнать, могу ли я посвятить часть своего рабочего времени практической деятельности в других отделах. К примеру, я была бы не прочь поработать с сержантом Макгрегором в отделе тяжких преступлений.
— Вы что — не поладили с Пенни Эллиот? — Задавая этот вопрос, он снова поднял глаза и впился в нее взглядом, ожидая ее реакции.
— Напротив, мы отлично с ней ладим, и из общения с ней я много для себя почерпнула. Она хорошо знает свое дело. Но это не тот аспект работы детектива, который меня интересует.
— Не тот, который вас интересует… — повторил он за ней. — Скажите, как по-вашему, насилие в семье или растление малолетних — тяжкие преступления?
— Разумеется. Но я, пока нахожусь здесь, надеялась расширить свой опыт в сфере расследования организованных преступлений — скажем, предумышленных убийств.
— Предумышленных убийств… — вновь повторил он ее слова. Ему удавалось без особых ухищрений со своей стороны, одним только тоном лишать ее высказывания смысла и придавать им абсурдный вид.
Кэти вспыхнула. Когда она заговорила снова, в ее голосе слышалось куда больше решительности, чем прежде.
— Согласно условиям моего перевода в полицию графства…
— Я знаком с условиями вашего перевода в это дивизионное подразделение, сержант, — прервал он ее излияния, не повышая голоса, — в соответствии с которыми вы, как мне представляется, должны выполнять ту работу, которую я вам поручаю. — Он сделал паузу и снова вперил в нее холодный взгляд. — И потом, что вас так привлекает в расследовании убийств? Полагаете, в этом есть какая-то особая прелесть?
Она хотела было ему возразить, что уже расследовала одно убийство, когда служила в дивизионном подразделении полиции метрополии, но в следующее мгновение вспомнила, что он в курсе.
— Надеюсь, у вас нет патологического любопытства ко всему, что связано со смертью? — осведомился он, продолжая развивать свою мысль. — Быть может, расследование убийств для вас своего рода фетиш? — Тут он ей подмигнул, как если бы намекал на что-то стыдное.