Мне удалось расслышать голос мистера Гупника. Глухой, успокаивающий.
Агнес закончила разговор и с тяжелым вздохом уставилась в окно. Выждав секунду-другую, я вернулась к своим записям.
– Итак, этот Стивен Липкотт, очевидно, восходящая звезда в мире изобразительного искусства. Выставлялся в престижных местах. И он… – я посмотрела на экран айпада, – фигуративист. Не абстракционист. Вам просто нужно сказать ему, что вы хотите, и он это сделает. Впрочем, я не знаю, сколько он может запросить.
– Не имеет значения, – бросила Агнес. – В любом случае это полная катастрофа.
Я набрала в айпаде имя художника и, к своему облегчению, обнаружила, что его рисунки были реально хорошими: волнистые изображения обнаженной натуры. Тогда я передала Агнес айпад, чтобы она могла сама убедиться, и у нее сразу поднялось настроение.
– И вправду хорошо, – удивленно произнесла она.
– Ага. Если вы сможете сформулировать, что вам хотелось бы получить, он все нарисует, и мы вернемся домой… быть может, к четырем?
«И потом я смогу свалить», – мысленно добавила я.
Пока Агнес прокручивала другие картинки, я послала Сэму сообщение.
Как дела?
Неплохо. Отлично прогулялся. Купил Джейку сувенирную пивную шляпу. Только не смейся.
Как бы мне хотелось сейчас быть рядом с тобой!
Пауза.
Как думаешь, когда тебе удастся освободиться? По моим расчетам, мне нужно выехать в аэропорт около семи.
Надеюсь освободиться к четырем. Оставайся на связи. xxxxx
Из-за вечных нью-йоркских пробок у нас ушел целый час, чтобы добраться до места, адрес которого дал мне Джош: обшарпанного, безликого бывшего офисного здания на задворках промышленного квартала. Гарри остановил машину, презрительно фыркнул и спросил, с трудом повернувшись на сиденье:
– А ты уверена, что это то самое место?
Я проверила адрес:
– По крайней мере, это именно тот, что мне указали.
– Луиза, я пока останусь в машине. Хочу еще раз позвонить Леонарду, – бросила Агнес.
В коридор верхнего этажа выходило множество дверей; некоторые из них были открыты, оттуда грохотала музыка. Я медленно шла вперед, пытаясь отыскать нужный номер. Кое-где стояли банки с белой эмульсионкой. Наконец я увидела через распахнутую дверь женщину в мешковатых джинсах, натягивающую холст на гигантский деревянный подрамник.
– Привет, вы, случайно, не знаете, где Стивен?
Она выпустила из обойного пистолета очередь металлических скрепок, после чего ответила:
– Номер четырнадцать. Но похоже, он вышел за едой.
Номер четырнадцать был в дальнем конце коридора. Я постучалась, неуверенно толкнула дверь и вошла внутрь. Студия была заставлена полотнами, на двух огромных столах стояли липкие подносы с масляными красками и исписанными пастельными карандашами. На стенах висели крупногабаритные картины, на которых были изображены женщины различной степени обнаженности. В воздухе пахло краской, скипидаром и застарелым запахом табака.