— Пора уже, — нетерпеливо прошипел Трейч.
Прикинув скорость течения, Михаил отрицательно качнул головой: еще пара минут…
— Давай же! У меня фитиль догорает!
— Кидай!
Маленький огонек отправился в долгий-долгий полет вниз. Вот он коснулся воды… Зашипел…
— Потухнет ведь! — Годок чуть не нырнул в канализацию.
Михаил закрыл глаза… Когда он их открыл, внизу пылал яркий огонь… В нос ударила резкая вонь.
— Решетку на место!
Трейч мгновенно исполнил приказ — зазвенел металл. Вонь усилилась.
— Проклятие Эфга! — Михаил сорвал с себя рубаху. Попытался закрыть ею отверстие…
— Дай-ка. — Годок недолго думая уселся на сток — и тут же тихо взвыл: снизу припекало.
— Вскоре прогорит, — успокоил друга Михаил. Взглянув в сторону караулки, он нахмурился: там было тихо.
— Вроде все, — неуверенно сказал Трейч, приподнимаясь. — Похоже, мы обдела…
Из караулки донесся грохот. Потом стали слышны вопли, причем громче всего звучал крик о пожаре.
— Уходим! — Михаил, подхватив атрибуты поджога, метнулся к годокской келье…
Добравшись до нее, он торопливо схватил флягу с вином, сделал несколько глотков. Трейч, вошедший секундой позже, повторил точь-в-точь ту же процедуру.
— Самое то, — выдохнул годок, ложась на пол. Михаил пристроился рядом.
Не успели они сделать вид, что спят, как тюрьма проснулась. Заключенные, разбуженные воплями стражи, выскакивали из своих камер и удивленно переглядывались: что за мозговой вывих случился у яроттцев?
Михаил с Трейчем тоже соизволили выглянуть. Первый под шумок добрался до своей кельи, где его уже с нетерпением ждали.
— Ну как? — сразу спросил Шарет. Взяв из рук Корноухого лампу, он торопливо спрятал ее под ворох тряпья.
— Рубахе конец!
— Пустяки! — махнул рукой Трут. — Слушайте… Вроде стража успокаивается…
— Как бы яроттцы не устроили у нас проверку, — озабоченно сказал Михаил.
— Стража никогда не зайдет сюда. — Дзейра пожала плечами. — Давайте-ка лучше спать. Завтра нам необходимо решить вопрос с Чедровой комнатой.
Они только что покончили с завтраком и теперь молча сидели, сверля друг друга вопросительными взглядами.
— Может, отравить? — предложила одна из ваарок.
— Как? Плюнуть в замочную скважину? — Михаил покачал головой.
— А если годок?.. — Дзейра, оглядев всех, сникла… Дверь в комнату Чедра не взломать даже Трейчу.
— Может, кто-нибудь заведет роман с охранниками? — Михаил взглянул на женщину.
— Каким образом? Нам неизвестно, кто там сидит за дверью… А вдруг тварь какая?
— Не… — Михаил отрицательно качнул головой. — Там сидят опрятненькие солдатики при всем параде… Проклятье! Будь у меня какой-нибудь возбудитель… Что, если мы заставим стражу нюхнуть годокского винца, а затем кто-нибудь из женщин их соблазнит?