А я… я ведь тоже этого безумно желаю… но… я обещал, что больше не заставлю делать это силой, обещал, что буду ждать, когда Светлана сама позовёт меня. И я сдержу своё обещание…
* * *
Светлана.
Я так устала от сосущего чувства тоски и ожидания чего-то непоправимого, что, едва мы с Риани вернулись домой, сбежала в купальню. Риани переживал за меня, постоянно опекая, поддерживая, и тем самым всё больше привязывал меня к себе, сам того не замечая. Я всё время задавала себе вопрос: «Неужели он так сильно любит меня?!». Желала этого всем сердцем и боялась окончательно поверить. Его мимолётные взгляды, прикосновения вызывали такой трепет, что я с трудом сдерживалась от желания накинуться на мужа с поцелуями.
Пару раз порывалась сделать это. Но тут же останавливала себя мыслью, что моя несдержанность не будет приветствоваться Риани. Ещё посчитает меня слишком распущенной, я ведь вижу, что при посторонних инчихи не спешат обнажать свои чувства.
А ещё отсутствие Таира…
Вот где носит этого… целителя?
Вздохнув, окунулась с головой в воду. А едва вынырнула. Чуть не завизжала от неожиданности, когда на талии сомкнулись мужские ладони.
— Я вернулся, — хрипло прошептали на ушко.
Развернувшись, встретилась с искрящимися радостью глазами Таира. Улыбнулась в ответ и потянулась ладошками к лицу мужа, совершенно позабыв, что из одежды на мне лишь водный покров купальни. Впрочем, на Таире тоже.
Мой персональный целитель со стоном припал к приоткрывшимся губам, даря поцелуй такой нежности, что мысли мои снесло напрочь, оставив лишь желание, чтобы поцелуй стал более страстным, более напористым. И это желание было исполнено.
Последней связной мыслью стало, что сегодня Таир не остановится на поцелуях, и даже не услышит, если я попрошу его остановиться. Но ведь… я не попрошу… когда поцелуи мужа столь сладки, а его прикосновения пробуждают во мне такую бурю эмоций…
* * *
Риани.
По нашей связи с малышкой пришла такая волна удовольствия, что стало понятно — желание Таира исполнилось, и Светлана приняла его, наконец-то, всем сердцем. Я в это время находился на обсуждении планов по походу к пещерам. Чужое удовольствие перепало и мне, практически выгнув тело дугой и заставив сквозь стиснутые зубы чуть слышно застонать.
Парни удивлённо переглянулись, но потом, видимо, вспомнили о возвращении целителя и понимающе заулыбались.
— Шёл бы ты к ним, — посоветовал один из них.
Я лишь помотал головой, продолжив уточнять детали операции. Ребята снова переглянулись, на этот раз недоумённо.
А когда совещание закончилось, Аммаир, один из самых опытных воинов, тихонько спросил: