— Пора мне забрать свою машину, — сказала Берта. — Меня оштрафуют за превышение лимита времени.
— Вы останетесь с нами, — возразил Селлерс.
— К вашему сведению, — утешил я Берту, — эту машину я тоже взял напрокат, Селлерс просто захватил ее. Нам она обходится в десять центов за милю.
Берта подскочила с такой яростью, что чуть не повредила пружины заднего сиденья.
— Что?! — завопила она.
— Десять центов за милю, — повторил я.
— Ах вы… По какому чертову праву вы конфисковали машину Дональда? Да кто вы такой? — орала Берта на Селлерса.
Селлерс, поглощенный дорожными знаками, перебросил сигару из одного угла рта в другой — и ноль внимания.
Берта продолжала бушевать с полмили, а потом погрузилась в молчание, горькое, гнетущее, с зубовным скрежетом и душевным надрывом.
А Селлерс вел машину вроде бы без всякой спешки. Мы потихоньку добрались до Ньюпорта, а там и до шикарного яхт-клуба. Селлерс блеснул своим жетоном, помахал документами, и машину пропустили на стоянку. Его ожидал офицер полиции.
— Сюда, — только и сказал он.
— Следуйте за мной и помалкивайте, — приказал Селлерс нам с Бертой.
Мы прошли к частному причалу, где качалась большая океанская двухвинтовая яхта. Сходни охранял еще один офицер полиции.
Он пропустил нас без разговоров. Мы спустились в каюту.
Монтроуз Л. Карсон, Бернис Клинтон и несколько полицейских сидели вокруг стола.
На лице Карсона застыла маска ярости.
— Не сомневаюсь, это ваших рук дело, — сказал он, увидев меня.
Я поклонился.
Селлерс выступил вперед:
— Отвечаю за все я, Карсон.
— Я отберу у вас лицензию, — пообещал мне Карсон. — Вы меня предали.
— Заткнитесь, — оборвал его Селлерс. — Вы поручили этим людям заняться утечкой информации из вашей конторы. А утечки никакой не было. Была мистификация. Вы хотели, чтоб каштаны из огня таскали за вас другие. Правда, вы не предлагали им раскрыть убийство или совершить его.
— Откуда мне знать, что они делали, — сказал Карсон. — От Лэма можно ждать чего угодно.
Селлерс обратился к офицеру:
— Вы обыскали его?
Офицер кивнул:
— Обыскал, но ничего не нашел.
— А как насчет девки?
— Я не девка, — заявила Бернис Клинтон. — И меня не обыскивали. И не будут обыскивать. Я не дамся. Попробуйте только дотронуться до моего багажа. Я приличная женщина. Я не позволю сборищу мужиков щупать меня, прикрывая дармовое удовольствие служебным долгом. Я требую…
Селлерс ткнул пальцем в Берту.
— Уполномочьте ее, — посоветовал он офицеру.
Офицер ухмыльнулся и спросил:
— Как ее зовут?
— Берта Кул.
— Берта Кул, — произнес офицер, — именем закона я уполномочиваю вас оказать помощь полиции. Я обязываю вас обыскать арестованную.