В этот раз Горбатенко ее не перебивал. Взял свой стакан, продолжая держать папку, также глотнул кофе. Они оба — и Юра тоже — теперь внимательно слушали.
— Есть два варианта, которые кажутся наиболее жизнеспособными. Идеально было бы, чтобы этот Пархоменко просто «отмотал все назад», — с кривой улыбкой передернула Мария плечами. — Сделал то, что и в вашу, Юрий, сторону провернул, только уже от своего лица. Оформил вновь по дарственным, отменил, так сказать, свои махинации. Но я так понимаю, что на подобный вариант мы не рассчитываем? — Мария посмотрела в сторону Горбатенко.
— Весьма сомнительно, Мария Ивановна. Это не тот человек, который нам всем жизнь по своей воле облегчит, — усмехнулся Горбатенко ей в ответ, отложив папку на авто.
— Я так и поняла, — вздохнула Коваленко. Глянула в сторону Юры. — Тогда суд. И как можно громче. В принципе, ошибки там есть, и выиграть — шансы большие. Тем более что на вашей стороне поддержка Олега Игоревича. Думаю, вы и в суде выступите, если будет надобность? — она вновь глянула в сторону Горбатенко.
Усмешка Олега стала шире.
— Разумеется, если вы считаете, что это поможет. У меня вся наша переписка есть, Юр, сможем доказать и несовпадение сроков, и отсутствие тебя физически в стране в это время. Да и то, какой ты человек хороший — суду донесем, — Горбатенко подмигнул. — И журналистам. Поднимем возмущение общественности… Твоя Юля сможет подключиться к этому?
Непривычно. Ему аж по уху резануло, когда ее назвали так. Хотя по паспорту так же и есть. Но…
Интересно, сколько Олег уже о Юле выяснил? Он не удивился бы, окажись, что поболее самого Юры знает. И все-таки существовало то, что Юра знал лучше. Хоть это и не соревнование. Просто душу грело.
— Юла, — поправил Юра, размышляя и взвешивая все, что услышал. — Она любит, чтоб ее Юлой звали, не Юлей. Уточню, — отвечая на вопрос Олега, пообещал он. — Мы такой вариант не предполагали, а потому — не обсуждали.
— Добро, поговорите, — не спорил Горбатенко. — Сообщишь потом. В принципе и в целом — ты ничего не имеешь против такого плана? — криво загнув бровь, внимательно глянул на него друг.
— Ничего, — Юра допил свой кофе, прошелся, разминая ноги. — Не хотелось шумихи, но если Фил до такого довел… Я ему подобного спускать не собираюсь.
— Хорошо, — Горбатенко тоже выпрямился. — Тогда, если Мария Ивановна нам дает добро и говорит, что дело может выгореть, у нее тут больше всех нас знаний и опыта, — мои адвокаты подадут сегодня обращение во все органы, в суд обратимся, запускаем процесс. С тобой тоже стратегию обсудим, только определимся, что у нас с судьей.