- Да что вы дела…
Договорить не смогла, широченная ладонь одного из незваных гостей плотно запечатала рот. По спине пробежал холодок, холодище, я, кажется, догадалась, чьи это ребятишки.
Один из молодчиков выглянул назад в коридор.
- Как там, все чисто?
- Марья Семёновна пошла с собачкой гулять, а в соседней квартире хозяева на курорте. Так что не бойтесь, тащите, - ответил дядя Толя.
- А может, прямо тут, - предложил кто-то из амбалов.
- Нет, к ней подружка часто бегает, потом проблем не оберешься. Кирилл, глянь, на лестнице все чисто?!
Что они задумали?! Неужто Моргунов как-то узнал о моих метаниях. Элементарно, Лина, наверняка вся твоя квартира сверху до низу утыкана жучками. Ну конечно, Глеб Георгиевич несколько раз говорил, что каждый мой шаг под его контролем. А ты не поверила, Лина?! Глупый, глупый Ангел, думающий не головой, а эмоциями.
Меня потащили в сторону двери соседа. Надо немедленно что-то предпринять, но страх сковал тело, я лишь могла мелко подрагивать и жадно вдыхать через ноздри воздух.
«Сестренка, они на моих глазах убили человека. Лина, прошу, тебя сделай всё, что они хотят, или мне каюк!»
Господи, а меня ведь тоже могут... Я больше не нужна Глебу Георгиевичу, более того, мою смерть скорее всего спишут на Евдокимова и значит, тому точно не выбраться из западни Глеба Георгиевича. Лина, делай что-нибудь, ведь мы уже около двери соседа. Со всей силы лягнула ногой державшего меня бугая и попыталась дернуться в сторону. Парень взвыл, но тихонько, помнил, к сожалению, что мы всё ещё находимся в коридоре, а главное, не выпустил из медвежьей хватки своих пальцев. Мамочки, соседская дверь за нами закрылась.
- Вот же с-сука! - получила весьма увесистый тычок кулаком в бок, но мой вскрик боли потонул в широченной ладони.
- Попробуй только пикни, блядина, ершик от туалета в горло затолкаю! Толян, принеси на всякий случай кляп какой-нибудь, нужно заткнуть пасть этой паскуде!
Амбал держал меня все так же крепко, да и липкий страх заморозил руки и ноги. Лучше бы сознание. Потому что оно билось и кричало: «Я не хочу умирать! У меня внутри человечек, ради которого стоит жить и дышать». Впилась зубами в мужскую руку.
Кто-то со всей силы потянул меня за волосы.
- Вот же сучара!
Тяжелый кулак воткнулся прямо в мой животик, согнулась от боли. Зубы в попытке закричать невольно разжались, но ладонь, продолжающая зажимать рот, гасила все возможные крики.
- Это пойдет?!
В комнату вошел сосед дядя Толя с длинным серым шарфом.
Сильные пальцы надавили на скулы, вынуждая разжать челюсть. В рот затолкали какой-то кусок тряпки, а потом еще замотали нижнюю часть лица шарфом.