поскольку однажды он станет звездой НХЛ, ему стоило как можно раньше с этим
смириться.
– Привет, – улыбнувшись, отозвался Джаред. – Хорошая игра.
– Я больше не стану покупать тебе на Рождество книги о вратарях. У тебя
возникают идеи. – Лейн ударил его по плечу. – Это от Зоуи. Она велела мне тебя
освистать. Сказала: “Лейн, ты не предупреждал, что фанатам бывает больно”.
Джаред улыбнулся.
– Передай ей, что мне вообще не жаль, но я понимаю.
Лейн кивнул.
– Не верится, что ты остановил тот бросок. Ты в курсе, сколько шуток про
кайфоломщиков я уже выслушал?
Джаред рассмеялся. Все у них будет хорошо.
– Все равно не жаль.
– Ну, да. Ты и не должен сожалеть. – Лейн подошел ближе и поцеловал его, потом
прислонился лбом к лбу Джареда. – Завтра я буду тобой гордиться. Завтра я куплю свитер
с фамилией Шор и приду в нем на игру.
– Нет. Ты так не сделаешь.
Лейн благоухал чистотой, и адреналин у Джареда зашкалил выше крыши. Ему
хотелось куда–нибудь отвести Лейна и затрахать по потери рассудка.
– Нет, – согласился Лейн. Он не улыбался, но Джаред чувствовал, что Лейн был
близок к улыбке. – Иди отмечай, засранец. А я выгребу свой долбаный шкафчик.
– Как драматично. – Джаред опять его поцеловал. – Эй, Лейн?
– Слишком рано для того, что ты собрался сказать, Шор.
– Нет, – на миг посерьезнев, ответил Джаред. – Не рано. На самом деле, давно
пора. Но я люблю тебя. Как думаешь, ты сможешь завтра найти место, где мы могли бы
побыть одни несколько часов?
– Считать, что после сэйва крагой ты сможешь перепихнуться, большая ошибка, –
горячо и натянуто откликнулся Лейн, хотя им обоим было ясно, что он шутил. – Да. Все
нормально. К тому моменту злость на себя самого пройдет. – Лейн мгновенно испугался.
– То есть на тебя. Злость на тебя пройдет.
– Быть хорошим игроком и капитаном не всегда означает выигрывать. А означает
уметь проигрывать. И дать своей команде понять, что проигрыш тебя огорчает. Поверь,
Лейн, спорт станет совершенно другим, когда ты перестанешь возбуждаться от
выигрышей.
– Может, избавишь меня от ветеранской мудрости? – Лейн вновь прильнул ближе.
– Конечно. Но позволь мне кое–что сказать, сосунок. – Лейн злобно на него глянул,
а Джаред его поцеловал. – Ты не играл в моей команде и не был моим капитаном. Но ты
научил меня, как заново полюбить игру. Ты показал мне, что вполне нормально думать о
себе и верить, что я умею не только махать кулаками. Ты вернул мне то, что даже не
казалось потерянным.
– Хочешь сказать, я сам виноват в твоем крутом сэйве?
– Было круто, да? – согласился Джаред, будучи не в состоянии промолчать. Он