станет в открытую негативно высказываться о гомосексуальности Лейна. Как оказалось,
Лейн явно недооценил веселого татуированного Итана. Не только в плане отсутствия
сложностей, но он также пообещал измордовать всех, у кого эти самые сложности
возникнут.
Если кого–то в команде и смущала ориентация Лейна, никто не проронил ни слова.
Но у них вошло в привычку бормотать Лейну извинения и замолкать, если кто–то
использовал слово “членосос”. Капитан Лейн введет традицию неловких ситуаций в
команде. Но именно Итан Кеннеди положил всему конец, после тренировки подошел к
Лейну в раздевалке и произнес:
– Я слышал, нам нельзя рядом с тобой говорить слово “членосос”, потому что ты
сосешь член. Это глупо. Не то, что ты сосешь член, минет – это круто и всякое такое. Но на
льду это слово для меня очень важно, Кортс.
– Знаю, – как всегда честно ответил Лейн. – Я не просил парней его не употреблять.
Думаю, они просто не хотят меня обидеть. Или что–то подобное. – Было приятно. Правда.
Но Лейн чувствовал себя аутсайдером, больше не вписывавшимся – видимо по общему
признанию его отнесли к несовершеннолетним – в их спортивную манеру выражаться.
– Кого–нибудь напрягает, что капитан Кортэлл любит сосать члены? Типа по–
настоящему? Кто–нибудь глуп настолько, чтоб считать, что из–за него он станет геем? А?
Меня бесят гомофобы, но я не могу играть в хоккей и не говорить “членосос”.
Равносильно тому, что просить НАСА не говорить о космосе.
Лейн не понял сравнения Кеннеди, но промолчал, потому что товарищи по
команде разглядывали друг друга.
– Всем плевать. Просто... что если он разозлится?
– Тогда он велит тебе захлопнуться. Что это еще за дерьмо? Думаете, ваш капитан
не мужик и не сможет закрыть вам рот? После того, как он выступил с заявлением о своей
гомосексуальности? Это непросто. Да что с вами такое? – Итан скрестил руки на груди и
оглядел всех в помещении. – Ну? Проблемы? Можете сказать мне, и вмажу вам так
сильно, что вы сумеете переступить через себя, мать вашу.
Все затихли. А, может, никто не захотел сознаваться новому чокнутому защитнику.
– Кортс, ты сможешь послать их куда подальше, если кто–то тебя обидит, так?
– Разумеется, – ответил Лейн. И теперь ему придется так и делать.
Команда вернулась к пустопорожнему трепу, и если б Лейн обязан был заговорить, он бы выдал: “Заткнитесь. Не можете придумать оскорбление в сторону геев получше?
Нет? Тогда вообще ими не пользуйтесь, вы смахиваете на идиотов”. Но ему не пришлось.
Он поблагодарил Итана, а тот пожал плечами и очаровательно улыбнулся.
– Я серьезно, Кортс. Я не могу выходить вон туда и париться, кого называю