Подъемник резко уехал вниз, и мы очутились на внутренней парковке для «белых» знатных посетителей. Тех, чьи семьи никогда не попадали в черный список, как Клейлисы и Рорри.
Лас вышел первым и открыл дверь Эймердине. Я выбрался следом, и привычно отметил 21 граненый столб – полупрозрачный, как застывшая слюда.
Парковка была полупустой, на расчерченных для посетителей многогранниках ожидали владельцев не больше трех-четырех машин. Значит, ночь выдалась спокойной. Что ж! Самое время расшевелить эту тихую гавань, направить силы полиции на поиски моей русалки. И пусть только попробуют ее не найти!
Кулаки непроизвольно сжались, горячая волна прошлась по телу – остаточные эмоции индиго еще не до конца улеглись, и нервная система немного «сбоила».
Эймердина окинула меня встревоженным взглядом. Я помотал головой, как бы говоря, что все хорошо. Тетушка поморщилась, и мы направились к самому большому прозрачному столбу, без единого опознавательного знака.
Здесь все работало в точности, как в Черном замке.
Виртуальное табло, код ДНК, аурный слепок, особый код семьи Саркатта, лифт и нужный этаж.
Полицейский этаж, или «участок» как выражались земляне, напоминал сотни громадных квадратных аквариумов, расставленных по периметру холла-многогранника. Вот только вместо пестрых рыбок, водорослей, подводных замков там располагались столы, кресла, стулья, шкафы и сновали служители правопорядка.
Помню, мама все удивлялась цвету их формы – фиолетовой с желтыми лацканами у старших чинов и синей с оранжевыми – у младших. Мне казалось, что так полицейские сразу выделялись среди простых смертных. Даже в огромной толпе они моментально бросались в глаза.
По мелочам Эймердина никогда не разменивалась, поэтому ни я, ни Лас ни капли не удивились, когда она направилась прямиком к вартану Фейрани Тракката.
Руководитель сыскного подразделения полиции, тоже не удивился, когда тетушка без стука и предупреждения рывком распахнула дверь в его кабинет и ворвалась внутрь. Долговязый, жилистый мельранец с непропорционально длинными руками, как выражалась мама, достойными любого неандертальца, встал из-за рабочего стола и широким жестом пригласил нас войти. Скорее из уважения к этикету – Эймердина к этому моменту уже застыла посреди кабинета Фейрани. Да и мы с Ласом, пытаясь догнать тетушку, притормозили неподалеку.
Прозрачные стены между офисами были лишь видимостью «прозрачности» работы полиции. На самом же деле особый вид сверхпрочного пластика не пропускал ни звуки, ни запахи, а при необходимости, включалось особое искажающее поле. Тогда, случайный посетитель наблюдал то, что происходило в кабинете несколько часов назад, будто просматривал старый фильм.