Фейрани снова обвел нас внимательным взглядом и, как прежде, без единой интонации в голосе спросил:
– Вы понимаете, что все, сказанное в этом кабинете, строго конфиденциально? И не должно выйти за пределы этих стен?
Эймердина решительно мотнула головой, мы с Ласом коротко кивнули.
– Отлично, – продолжил Фейрани. – Пока мы не располагаем большим количеством сведений. Но кое-что любопытное уже успели нарыть. Начнем с того, что похитители или заказчики работали в связке с руководством центра.
Лас пораженно приподнял брови, Эймердина подалась вперед, у меня непроизвольно сжались кулаки.
– Да-да. И это не вызывает сомнений, – все так же бесцветно подтвердил Фейрани. – Видите ли… Следы заметал явно кто-то из руководства центра. Тот, у кого есть доступ к «охранным записям». Они велись по всем коридорам, отсекам, комнатам. Даже в ванных и уборных. И в оранжерее, откуда похитили Милану и еще двоих пациентов, записи велись тоже. Тем не менее, улик почти не осталось. Ни слепков ауры, которые постоянно фиксируют специальные датчики, ни ДНК-кодов, ни видеозаписей. Кто-то зачистил все. Умудрился даже почти полностью затереть уникальную энергетику крови раненого похитителя. А для этого нужны такие технологии, каких нет даже в центре. Но это уже само по себе улика. Тех, кто способен сотворить такое, имеет доступ к «охранным записям», последним ноу-хау, еще даже не опробированным, не запущенным в широкое производство – считанные единицы.
– И, конечно же, все они с «фамилиями»! – процедила Эймердина.
На лице Ласа прямо-таки читалось – насколько неприятно ему, что титулованные, занимающие важные посты коллеги, предали свое дело, пошли на преступление.
В этом был весь Лас. Он видел в мельранских врачах почти богов, спасителей жизней, идеализировал их, восхвалял.
Я сам едва сдерживался – кровь пульсировала в висках, зубы скрипели, ноздри раздувались. Конечно же! Мы снова будем иметь дело со знатными семьями! А их не арестуешь просто так! Не обыщешь! Не заставишь говорить!
Нужны веские причины, убедительные доказательства, улики, следы… А следов как раз-таки и нет. Черт! Черт! Черт! Хорошо же мерзавцы все рассчитали! К ним не подкопаешься, не вызовешь на допрос с пристрастием. Придется стражам порядка изрядно попотеть. Собирать информацию по крупицам, пытаться наскрести хотя бы минимальный повод для разговора с подозреваемыми. В противном случае, полицию и на порог не пустят. И ничего мы не докажем, не предъявим.
Зубы заскрежетали, в голове помутилось, перед глазами поплыла красная пелена. Попадись мне сейчас похитители – убил бы, не задумываясь, наплевав на закон и наказание.