Не могу сказать, что мне не хочется. Наоборот. Но это дело принципа.
Ну не хочу я спать с кем-либо просто так, для здоровья! Тем более – с Мечиславом. С этим, как с продажей души дьяволу – лучше не вязаться. Здоровее будешь.
А пока у нас тишь и гладь. Вот только надолго ли?
* * *
Шпион смотрел в темное ночное окно. Жаль, что провалилась такая замечательная попытка. Еще немного – и все было бы просто великолепно. Все получили бы свое. Иван Тульский – землю. Рамирес – осиновый кол. Он сам – силу и свое место, а надменный зеленоглазый ублюдок – пулю в голову. Серебряную.
Теперь будет чуть труднее. Они с Юлей связаны двумя печатями. Переживет ли девчонка их разрыв?
Должна. Один раз она уже пережила нечто подобное. И второй раз справится. Она и сама не подозревает, какая сила ей дана. Зато он это хорошо знает. И знает, как ей воспользоваться.
Шпион потер лоб. Потом убрал руку и нахмурился. Сколько уже лет он мертв, а все равно, старые привычки дают о себе знать. Не тереть лоб, не гримасничать, чтобы не было морщин… хотя какие там морщины у вампира.
Шпион подошел к зеркалу и привычным движением поправил воротник рубашки, чуть коснулся манжет… Да, ему нравится, когда его внешний вид безупречен. Почему бы нет?
Когда-то это вызывало насмешки. Теперь никто над ним не смеется. Кто-то просто не знает. Кто-то мертв – многие, очень многие, благодаря его скромным усилиям. А кто-то жив. Но держит язык за зубами.
Жаль, что развалился такой великолепный план. Все было продумано. Иван и Рамирес сделали бы для него всю грязную работу. И попытались бы сожрать друг друга. Пауки в банке всегда дерутся. А когда остался бы только один, с ним легко было бы договориться. Разумеется, временно.
Черт! Как повезло этому недотепистому мазиле найти такой мощный источник силы! И как глупо он им распорядился.
И Мечислав не лучше!
Если бы эта паршивка Леоверенская досталась ему… шпион на миг зажмурился, представляя себе разнообразные картины, словно смакуя дорогое вино. Вино ему, увы, недоступно. А жаль. Когда-то ему нравилось белое вино… итальянское… впрочем, не стоит вспоминать об этом сейчас.
Зато ему доступны кое-какие другие удовольствия. Раньше он был ограничен слабыми возможностями человеческого тела. Раньше его любовницы и любовники также были людьми. И досадно быстро умирали, не в силах залечить небольшие повреждения. Сейчас же…
Сейчас он мог бы развлекаться часами. Неделями! Месяцами! Оборотни поразительно быстро восстанавливают свое тело. Да и вампиры, если им дать немного крови…
Интересно, если Леоверенская будет его фамилиаром – приобретет ли она вкус к его развлечениям?