— Нам не хватает информации, — сказал он. — Следов ДНК и тому подобного просто нет, нет ничего, за что мы могли бы зацепиться. У нас есть «профиль» преступника, но одной его характеристики недостаточно, пока нет аналогичных преступлений.
— Ты же сказал, что он только начинает.
— Это только предположение, Марти, и ты сам это прекрасно понимаешь. Я думаю, он стоит в начале серии убийств, но он мог уже совершать изнасилования. Ты же знаешь, что система «VICLAS» пока что не охватывает даже всю республику. Канаду — да, США — да, но не Бранденбург или Берлин, например.
— Но к этому идет, — сказал Бергхаммер.
— Это хорошо, но пока мы не можем сделать столько, сколько необходимо. Мы связались со всеми инстанциями, передали все наши данные, и они сейчас ищут в своих компьютерах. Федеральное ведомство уголовной полиции, земельные ведомства…
— Ну это уже кое-что, — ответил Бергхаммер.
Но Керн, наморщив лоб, отрицательно покачал головой.
— Пока что это ровно ничего, Мартин. Мы в настоящий момент не в состоянии локализировать преступника, и это первая проблема. Сейчас он, конечно, живет в этом городе, но город большой, и в нем полно молодых мужчин с разными отклонениями. Мы не в состоянии проконтролировать каждого. В сельской местности это было бы легче сделать.
— Сейчас это все равно, — вмешалась Мона. — У нас нет даже следов ДНК, поэтому массовые проверки ничего не дадут.
— Проклятье, — проговорил Бергхаммер. — Что же мне сказать журналистам? Что мы ожидаем следующего убийства, которое даст нам следы ДНК класса 1а?
— Нет, но… Мы в настоящее время охраняем Розвиту Плессен и делаем это так незаметно, как только возможно. Может быть, таким образом преступника…
— Момент, — сказал Бергхаммер. — Вы что, используете ее как приманку?
— Нет! Но полиция получила приказ немедленно докладывать обо всем, что в окружении Плессенов покажется подозрительным, и постоянно держаться в засаде. В этом же нет ничего… Я имею в виду, это все-таки шанс.
— Ну да.
— Мартин, я и… — Мона посмотрела на Керна, — и Клеменс с удовольствием рассказали бы тебе о чем-то более существенном, но пока что это все.
— Что с анализом материала?
— У Сони Мартинес нет никаких следов, по понятным причинам.
Преступник, вероятно, лишь прикоснулся к ее руке, чтобы сделать инъекцию. На футболке и брюках Самуэля Плессена обнаружены волокна материала, применяемого для внутренней отделки легковых автомобилей. Получается, что его везли в легковой машине.
— Ну хоть что-то! А марка машины?
— Может быть одной из нескольких. БМВ, «мерседес», «ауди»… Эксперты дальше не продвинулись.