– Так, всё! – Гарпия щелкнула когтями. Меч и секира засветились, колдунья с монахом исчезли. – Убедилась, что вы славные. Но, боюсь, этого недостаточно.
Груда камней на мосту зашевелилась, из нее выскочил Бодачка с чешуйкой в зубах. Как всегда рядом ошивался, зараза… Сел у Аларика в ногах и хитро блеснул глазами-бусинками.
– Хотите гарантий? – среагировал жрец. – А если выпустить нас сможете только вы сами? Так, что обратно мы не войдем.
– Эй! – крикнула гарпия висящему на потолке дракону. – Тут твое добро притащили.
Тот перестал скрестись и бормотать. Повернул заинтересованную морду, нервно сглотнул. Взгляд дергающихся глаз скользнул по мосту, остановился на зайцелопе.
– Хорошо, – проскулил дракон. – Но пусть она отойдет…
Тини закатила глаза и спряталась за ворота. Дракон отцепился от потолка, грохнулся на остаток моста. Тряхнуло неслабо! Осторожно взял положенную перед ним чешуйку, послюнявил ее и прилепил на пузо. Встала как влитая.
– Чтобы впредь такого не было! – Он пригрозил Бодачке пальцем, тот шмыгнул за ворота. Видимо, искать у Тини политического убежища. – Знаете, я им верю. Мне еще никто ничего не возвращал. В смысле, добровольно…
– Кажется, вас было больше, – хмыкнула Долли и изогнула бровь. – Где разбойник?
Соскучилась, что ли?
– Да вот же… – Элвен кивнул на ворота. Я наступила ему на ногу, он поперхнулся и выпалил: – В тоннеле прячется.
– Перестаньте… – Дракон махнул на нас лапой и продолжил счастливо гладить пузо. – Давайте жить дружно.
– Жить? – Гарпия истерически рассмеялась. – Нет уж! Я столько грибов наковыривать не буду…
– Мы не собираемся здесь оставаться, – успокоил ее Аларик и мрачно посмотрел на заваленную лестницу. – У вас есть запасной выход?
– Нет, – поникла гарпия.
– Будет, – убежденно сказал Роан.
Почему-то я ему сразу поверила…
Ночь я провела на перине, напоминающей огромную подушку – мягкую, теплую, с идущим изнутри радужным сиянием. Догадываюсь, чьими перьями ее набили! Не терпелось скорее добраться до мыса Эверли, но гарпия еще на мосту объявила отбой, заявив, что режим превыше всего. Как они вообще время узнают? Окон здесь нет, часов тоже! Спорить никто не стал – Элвен непрерывно зевал, Айрис валилась с ног. Да и остальные выглядели так, словно рейдили десять часов без перерыва. Я однажды пробовала – вырубилась прямо на клавиатуре. Папа мне потом отпечатавшийся на лбу узор долго вспоминал!
Нас отвели в комнату, заваленную перинами, попросили не шуметь и по подземелью не слоняться. Мол, у феникса чуткий сон и приступы лунатизма, во время которых он бродит по коридорам в поисках пары для танца. Роан заступил на караул у входа, любовно что-то нашептывая мечу, Аларик очертил дверь защитной линией. Видимо, не хотят танцевать с фениксом. Я на всякий случай уснула в обнимку с Тини. Просыпалась от каждого шороха и стаскивала сонную гномку с верхнего края перины. Но Бодачка так и не пришел…