Катастрофически упала производительность сельского хозяйства. В начале 1930-х годов было отменено право собственности на землю и началась массовая коллективизация. Появились колхозы — коллективные хозяйства. В них принудительно массово загоняли крестьян, которые воспринимали это нововведение в штыки. А ведь там, где работают из-под палки, производительность труда всегда падает.
Несмотря на жесткие карательные меры, которые часто применялись к крестьянам, со временем стало ясно, что колхозы пока не справляются со своей функцией. И новая форма хозяйствования не может полностью обеспечить страну продовольствием в необходимых масштабах.
В политических и пропагандистских лозунгах широко использовались знаменитые слова Сталина: «Жить стало лучше, жить стало веселей». Однако все люди, жившие в СССР, чувствовали и понимали, что это было не так.
Чтобы справляться с широко растущим недовольством среди населения, необходимы были репрессии как элемент устрашения. Это в большой политике преследовали за троцкизм, карали последователей Каменева и Зиновьева. В повседневной же жизни сражались с теми, кто просто мог высказывать недовольство советской властью или в разговоре пытался сомневаться в блестящей политике Сталина…
Именно в 1936 году в руках НКВД появился официальный инструмент, с помощью которого можно было открыть уголовное производство практически против любого человека. Он звучал так: «Очистка от социально чуждых элементов». И под эту «очистку» можно было отправить любого человека. Для этого было достаточно самого простенького доноса.
И население начало писать доносы, причем с радостью. Это был отличный повод, чтобы наказать обидчика и свести личные счеты. Донос можно было написать на не понравившегося соседа, более удачливого коллегу, успешного одноклассника, надоевшего мужа или жену, на родственников, чтобы свести счеты, да и просто так, ради спортивного интереса…
Чем-то это напоминало средневековую инквизицию — когда в город приезжал инквизитор, населению строго приказывалось писать доносы на кого угодно, и чем больше их было, тем лучше. То же самое явление повторилось в СССР, но в других масштабах. Как и во времена инквизиции, написание доносов считалось не подлостью, а идейной сознательностью, классовой пролетарской борьбой с социально чуждыми и вражескими элементами, разлагающими средневековое… то есть советское общество!
Нужно было бороться с врагами, из-за которых уровень жизни не растет, как ему положено, и не удается построить коммунизм просто сейчас и для всех! Население СССР быстро вошло во вкус — особенно в больших городах, где были проблемы с жилплощадью. А ведь по доносу вполне можно было вселиться в освободившуюся комнату — это даже приветствовалось. Поэтому в стране быстро стала расти писчебумажная промышленность. И следователи НКВД не сидели без дела, тщательно проверяя каждый донос, — не дай бог, пропустишь иностранного шпиона, потом не сносить головы!..