В такие моменты ощущаешь, что такое настоящая жизнь. Так носили на руках Дину II. Так носят сейчас её, тоже Дину в какой-то степени. Неужели на ней начинается новый виток спирали? Новая слава Империи. А почему бы и нет!? Жизнь идёт вперёд несмотря ни на что. Зачастую, вопреки всему. Кто-то должен быть впереди. Вставать со знаменем под огнём. Не только в игре. В жизни. Вставать, зная что можешь упасть навсегда. Но вставать надо! Ибо кто же, если не ты? Все знают, кто ты. Хотя, даже если бы не знали. Иногда просто нельзя поступать по-другому. Потому что…
Потому что она человек просто. А Еггт, принцесса и всё остальное — уже потом. Сильно потом.
Говорят о происходившем тут, спрашивают как там. Марина отвечает. Когда по делу, когда — не вполне. Иногда имена путает, что встречают беззлобным хохотом. Марине просто по-человечески хорошо. Всё-таки её мир скорее тут, чем за стенами Загородного. Да и там…
Война пробралась сюда, пролезла и за стены «сордаровки». Стены Загородного… Ведь внутри — одно из мест, где и родилась война. Война, да и многое другое, весьма неоднозначное, появились на свет в этих стенах. Но там же родилась и Марина. И значит, какая-то доля ответственности лежит и на ней. Иначе, какой смысл там жить, если выпущенное тобой начинает по своей воле гулять по миру, частенько крайне мало принося в мир нового, кроме крови и трупов. Ведь почти закон мироздания — монстр, вроде мировой войны, порождённый в местах вроде Загородного почти никогда не возвращается назад. Ничем чудовище не повредит породившем его. Да и не все осознают, где настоящая родина терзающих мир чудовищ.
Этот день Марина крепко не любит, но от каких-либо выходок принципиально воздерживается. Шестое двенадцатого месяца. День Рождения Софи. В этот день ощущаешь себя как-то особенно никому не нужной. Сказать, что сестрица в центре внимания — не сказать ничего. Такое ощущение, что в этот день мир и на самом деле вокруг неё вертится. Среди гостей в прошлом кого только не бывало. Пару лет назад ни много, ни мало, мирренский посол с подарками от его величества прибыл. Сами подарки Марину не заинтересовали совершенно — какие-то драгоценности немыслимой стоимости, вроде даже из сокровищ их короны.
Не много ли Соньке чести? Тим никогда и ничего не делает просто так. Саргон — тоже. А если вспомнить, что посол сам лицо императорской крови, хотя к Дому Льва уже не принадлежит (он праправнук императора, по женской линии, Тим тоже праправнук, но по прямой мужской). Кажется, тогда, пытаясь избежать войны, пытались просчитать самые экзотические, одним из которых была теоретическая возможность брака Софи и мирренского наследного принца. Возраст Софи тут никакой роли не играл. И у грэдов, и у мирренов в истории десятки раз были случаи, когда между договорённостью о браке членов Великих Домов и фактическим заключением проходили многие годы.