Галя склонилась через борт, засмотрелась на пену перед носом теплохода, тихо, почти шепотом, продекламировала: Снова томленье. Призраки снова.
Искры на волнах реки.
Очарованье, магия слова.
Прикосновенье руки.
Ласка судьбы? Или тайное лихо?
Миг?
Иль полет навсегда?
Только что штиль - и внезапные вихри...
Что? И откуда? Куда?
Призраки детства будто преданье.
Что-то в душе расцвело.
Пеплом столетий сердца рыданье
Уж навсегда замело.
Может, воскреснет? Может, растает
Лед равнодушия вновь?
Вечера луч? Или буйство рассвета?
Зло?
Иль любовь?
- Откуда это? - тихо спросил Григор.
- Ночью пришло. Записала...
- Почему печаль?
- Не знаю. Печаль... и надежда. Странно - правда? Словно крыло счастья взмахнуло...
- Вы сказали - "счастья", Галя? - вспыхнул Григор.
- Да, Григор, - ясно взглянула ему в глаза девушка, - Это так, но откуда же грусть? И тревога? И боль... Какое-то предчувствие.
- Быть может, это прошлое?
- Что?
- Я говорю - быть может, в прошлом у вас что-то случилось?
- Случилось, - тяжело вздохнула она.
- Вот оно и напоминает.
- Не знаю. Мое сердце... словно льдинка теперь...
- Галя! Нельзя же так...
- Как?
- Вечный трагизм. Откройте мне свое горе. Мы ведь теперь друзья. А с друзьями - все пополам.
- Слова, - сказала Галя. - Наивные мечты. Даже ближайший друг не возьмет на себя чужое горе...
- Чужое? А если оно станет не чужим?
- Не знаю. Не уверена. - Расскажите.
- О чем? Дело не в событиях. События обычные, банальные. Была семья. Отец, мать. Веселое детство, мечты, увлечения. Верилось в самое святое, воображалось самое романтичное. Затем отец исчез...
- Исчез? - настороженно спросил Григор. - Как исчез? Куда?
- Неведомо куда. Поехал на охоту. И не вернулся. А позже его обвинили в хищении. Нас выселили из квартиры. Те самые люди, что клялись в дружбе, что улыбались - о, гадость! - те же самые позже не подавали руки, не здоровались. Мама не выдержала такой перемены, она слишком верила в несокрушимость отцовского авторитета, в свою вечную обеспеченность. Химера. Позже я поняла, что все было иллюзией. Мама умерла. Инфаркт. А я... Даже в интернате - дочь вора, преступника! Позже - меня допрашивали. Где отец? Куда исчез? Я клялась, что ничего не знаю, я плакала, просила... Я хотела, чтобы они разыскали его, ведь я сирота... А они - не верили. Никто не верил. Закрывались двери доверия, дружбы, надежды. Мрак в душе. А тут вы...
- Я, - машинально повторил Григор, пожимая руку девушки.
- Вы. И новая надежда. Я страшно боялась, чтобы снова не вернулось прошлое. Во мне прочно поселилось неверие. Я невзлюбила мир. За что мне его любить? Знаю: есть хорошие люди; Но они - как абстракция. А так хочется тепла, надежды, ласки. Григор, помните, мы шутили о Шерлоке? Станьте криминалистом, разгадайте мою загадку.