– С ним всё в порядке? – спросил священник, кивнув на скамейку, где сидели, обнявшись, два кваzи.
– Да. Всё будет хорошо.
Священник помялся:
– Скажите, а пожилой человек…
– Пожилой кваzи, – поправил я. – Он лучше понимает некоторые психологические проблемы. Точнее, некоторые совсем не понимает, а некоторые хорошо понимает… Но вы не волнуйтесь. Он не гомосексуалист, он всего лишь покойник.
Как ни старался священник скрыть облегчение, но оно проступило на лице.
– Спасибо, – сказал он. – Я пытался говорить с Андреем, но он так глубоко ушёл в свои переживания.
– Вам спасибо большое, что оставили его на ночь, – сказал я. – И церковь у вас хорошая, пусть и маленькая, и вы настоящий.
– А вы… – Священник опять замялся.
– Нет, скорее неверующий, – сказал я. – Извините.
– Ничего, бывает, – кивнул священник.
Мы некоторое время постояли рядом, глядя в сторону от скамейки.
– Всего лишь небольшой конфликт с женой, – пояснил я. – Но так случилось, что…
– Не надо, – быстро сказал священник. – Если он захочет, то сам расскажет. У людей должно быть право самим решать, что говорить людям, а что – только Богу.
– Даже у мёртвых людей? – спросил я.
– Живой, мёртвый… Понимаете, для Церкви это не столь принципиально, – сказал священник и неожиданно улыбнулся.
Мы проводили Андрея до дома, но совсем уж близко к подъезду подходить не стали. Мало ли, вдруг любительница милых старых сериалов и супружеских игр со связыванием и укусами по-прежнему караулит у окна?
– А было так похоже, – глядя на уходящего кваzи, сказал Бедренец. – Как ты догадался?
– Следы на руках были характерные, – пояснил я. – И обстановка… уж больно кукольная. Я как вижу такой чудесный домик, сразу ожидаю найти в шкафу скелет. Ну или хотя бы кожаный лифчик, плеть и страпон…
– Что такое страпон? – удивился Михаил.
– Поверь, тебе лучше не знать. Ты человек старой закалки.
Мы двинулись к машине. Бедренец молчал, размышляя о чём-то своём. Потом сказал:
– Кажется, ты первый раз назвал меня человеком.
Глава пятая. Гвардия молодых
Обедать Михаил предложил в пельменной. Видимо, заведение пользовалось популярностью – нам пришлось постоять в небольшой очереди, ожидая, пока освободится столик. Водитель с нами не пошёл, сказал, что живёт недалеко, и отъехал обедать домой. Мы же поскучали четверть часа и вошли внутрь.
В меню оказались не только пельмени самых разных сортов, но и «дружественные блюда» – восточные манты, грузинские хинкали, малороссийские вареники, итальянские равиоли, китайские дим-сам, японские гедза и даже редкий немецкий гость – маульташен.