– Но она выжила и теперь я могу вновь молиться вместе с моими братьями по вере. Нынче у меня появилась семья не только из прихожан.
– Так и это Старо-Католическая Церковь восстановила этот храм. – Данте, ошарашенным взглядом, осмотрел здание, по роскоши не уступающее дворцам. – За свои деньги?
– Да, сын мой. Но в то же время и Ковенант не дремал. – Патрик по-отечески положил руки на плечи юноши, и ликующе говорит. – Они вместе. И церковь и государство. Выполняют единую праведную роль и несут свет в мир, который погряз во тьме. Вот мы и дожили до времени, когда Господь отправил своего посланника, чтобы выжечь скверну с лика земли.
– Вы о Канцлере?
– Ну, о ком ещё? – Удивлённо кидает риторический вопрос священник. – Кто если не Канцлер? Кто если не он посланник с небес? Кстати, я даже не удивлён, что в нашем городе появилось отделение движения, почитающего Его, как наместника Единого Бога, и верующего в силу Его.
– Что? – Голос Данте выдаёт лёгкое презрение, сильно скрытое под удивлением и улыбкой. – Падре, я вновь не пойму, о чём вы.
– Вместе с Канцлером, идёт и его тень за ним по пятам, в какой-бы край он не ступил. Я говорю о церковно-государственном движении, о «Ревнителях Порядка и Государства». Эти, наши братья и сёстры по вере и почтению, почитают всей душой нового повелителя, готовы отдать всё, что у них есть ради почтения Его.
– Пройдём лучше внутрь.
Два парня направились в церковь. Священник вцепился в деревянную дверь, отворяя её, позволяя парню пройти внутрь. Как только Данте миновал порог, по его глазам тут же стало бить великолепие, помпезность и та роскошь, с которой храм восстановили. Стены внутри представляют собой отполированный белый мрамор, пол манит взор алыми гранитными плитами и всюду золото – на иконостасе, на отделке мебели, переплетаясь с серебром. Оконные рамы выполнены с вкраплениями драгоценных камней. И все отражающие поверхности расположены так, что храм внутри словно утонул в массах света.
Но даже такой вид не мог оторвать юношу от его размышлений. «И кто же, что же взывает к «Серым Знамёнам?». Почему люди идут к ним». Несколько раз уже подобные вопросы задаёт себе Данте и, находя на них мириад ответов, не может подобрать нужного. Все ответы и домыслы, что роятся в голове парня – скальпа, окружение, а истина неощутимая и скользкая, всё никак не может быть найдена.
– Кого я вижу. – Голос раздался откуда-то позади, слишком тихо для улицы, но довольно громко для храма. – Действительно «мир тесен».
– «Мир тесен»? – Переспросил юношу, судорожно ища источник звука.