Шейн делал круги. Растянутые через океан параллельно берегу. Заплывая достаточно глубоко, чтобы мое сердце екнуло, когда я потеряла его из виду на несколько мгновений с другой стороны. Затем я заметила взмах руки, сверкнувший в лунном свете, прежде чем вода снова спрятала ее.
Прижимая бедра к груди, я уперлась подбородком в колени. Наблюдая. Ожидая. Мечтая, чтобы те руки были обернуты вокруг меня.
После того, что казалось вечностью, Шейн перестал грести, его тело медленно подплыло обратно к берегу на приливе. Моя нервозность несколько поутихла, пока его удары руками по волнам оставались сильными и уверенными, но теперь? Почему он не двигался? Я прищурилась. Пресс Шейна блестел под луной, его глаза были закрыты. Он дышал? Со второго этажа дома и пятнадцатью метрами песка между нами, я не могла сказать точно. Мое дыхание застряло в горле, и я прижалась лбом к сетке на окне, когда Шейна вымыло на берег наполовину, половина тела – в воде. Волны поднимались и ломались над его длинными ногами, кружась вокруг его головы, прежде чем отступить. Я подсчитывала количество раз. Раз, два, десять, восемнадцать. Какого черта? Он спал? Двадцать семь. Или ранился? Тридцать шесть.
Или мертв?
Я не могла больше ждать.
Отбросив одеяло в сторону, я бросилась вниз, затем на веранду и вниз к пляжу. Песок взлетел, когда я подбежала к Шейну, выкрикивая его имя.
– Ты в порядке?
Шейн повернул голову, его глаза широко раскрылись, голос хриплый и спокойный. Сонный.
– Конечно. А что?
Конечно. Эти семь букв царапнули по моим и без того воспаленным нервам. Так равнодушно, как будто не было ничего не обычного в том, чтобы лежать неподвижно в песке.
– А что? – я толкнула раздражающе четко очерченные грудные мышцы Шейна, моя ладонь скользнула по его влажной коже и отправила меня в его грудь. Я попыталась вернуться в исходное положение, но его руки обвились вокруг моей спины, прижимаясь ко мне. Произошел сдвиг в моих эмоциях: гнев и возбуждение хлестали в голове, сердце, венах. Я вела борьбу за самообладание. – Кто идет купаться в океан посреди ночи? Это просто смешно.
Он усмехнулся.
– Ты переживала за меня, Делэни?
Черт возьми, да, я волновалась. Боялась того, что Шейн сделал со мной, с моей жизнью. И совершенно напугана моей реакцией на него.
– Конечно нет. Но что, если там были Челюсти в поисках полуночной закуски? Не думаю, что ее бы удовлетворила колыбельная перед сном, даже от тебя, – я вложила в тон нотку сарказма, даже при том, что самый тонкий призрак смерти вызывал у меня панику.
– Как насчет тебя? Тебя бы удовлетворила колыбельная? – его высказывание было злобной смесью легкомыслия и непристойности. – Или ты надеешься на что-то другое?