Вскоре пришла "Горгона" под управлением Василия Жданова, который немедленно получил из рук Софи жалованную грамоту государя, дающую ему дворянское достоинство. Под ручку с Васенькой Софья проследовала в часовенку, где, забыв о своём безбожничестве, крестилась, да тут же и повенчалась, не отходя от тумбы, кою, кажется, именуют алтарём. А потом вырубила меня надолго. Да я не в претензии – понимаю, что прежде всего волнует её дело молодое, а остальной мир подождёт. Реципиентке моей нынче всего девятнадцать. Или двадцать уже – так ведь и не выяснил точную дату рождения.
Извлекали моё сознание на свет изредка и ненадолго, отчего сведениями располагаю неполными. Знаю, что прорубали просеки для санных путей и из нарубленного гнали скипидар. Что хлеб корейский доставили стрельцам, а то, что это был почти сплошной рис – не беда. Из Архангельска пришла свеженькая, считай – прямо со стапелей – "Наяда", привезла моторов и перегонных установок. Когда реки замёрзли и выпал снег, по зимнему пути появился огромный обоз – прибыл князь Василий Васильевич Голицын. Не собственной персоной, а челядь его с большим хозяйством и мастеровыми, принявшимися срочно ставить просторный терем. Наши пятистенки, в которых обитает всё население Сомольска, чем-то не угодили старшему челядиняну. А ведь специально наставили их с запасом.
Так про поездку в Корею. Удобную для стоянки бухту Вася отыскал на восточном берегу полуострова рядом с городом Вонсан. Там, кроме корейцев, встречались и японцы, и китайцы. Не сказать, чтобы это был оживлённый торговый порт, но купцы отыскались. Местные власти приняли подношение и препятствий не чинили. Привезли мы в этот раз шкуры не только калана, но и морского котика – почти всё это ушло в обмен на зерно и металл – железа и меди нам привезли, причём не из далека. А чуть погодя и чугун доставили. Про олово и свинец ничего не сказали – только руками развели. Пообещали разузнать и на следующий год… Да, Василий пообещал, что снова сюда заглянет, когда в его северном краю растают льды.
С центральной властью Кореи он даже не пытался связаться – не хотел привлекать внимания, потому что засылал лазутчиков в Китай. Сына боярского Ермоху Житникова и нашего сомольского китайца по имени Бокин. Ермоха с трудом объяснялся по-китайски, как и Бокин по-русски, но друг друга они понимали. Оба пацаны ещё – лет по четырнадцать. Так они пристроились к обозу, уходящему в сторону Пекина, который нынче называется Пежином.
Сама Корея, как выяснилось, платит дань Китаю и считается его вассалом. Но администрация здесь местная. Ещё Васе подсказали, что торговать европейцы предпочитают через Макао, которым нынче владеют португальцы. Однако чай, шёлк и фарфор китайцы продают только за серебро – товары, привезённые из Европы их не интересуют. Это так официально считается, но мы-то знаем, что пушки они у голландцев берут. Одним словом, клубок из неясностей здесь знатный.