Ошарашенный, он протянул Дидсу вторую пару. Стрелок зашагал через стрельбище, чтобы заменить мишени. Он протянул Элиасу те, в которые попал: в них отсутствовала самая середина, словно зрачок, вырезанный из глаза.
Из второй пары Дидс стрелял с большей осторожностью. Он не знал, как поведут себя револьверы, поэтому помедлил, давая себе время приспособиться. Результат был тот же: на обеих мишенях он выбил самый центр.
– Когда в тебя стреляют в ответ, должно быть сложнее, – заметил Элиас.
Дидс покачал головой.
– Нет, не сложнее. Ничуть.
Элиас заметил на лице хозяина уважение и страх. Похоже, Дидс и впрямь так хорош, как думает. А значит, у них есть шанс пережить эту ночь.
Трифолд в очередной раз поднял руки, чтобы остановить Нэнси, хотя если бы она поднажала, то ее грудь оказалась бы прямо под его ладонями. Тогда ему пришлось бы отступить, и еще долго он бы не позволил себе такой дерзости.
– Мой брат работает с магическими предметами, Нэнси, прошу тебя! Ты же знаешь, что ты можешь натворить, или забыла? Нет никакого оправдания тому, кто лишит человека средств к существованию, а именно это и произойдет, вспомни, как ты уничтожила вещи в моем мешке там, у Баскера. Ты чуть не прикончила меня, Нэн. Прошу, не повторяй этого с моим братом.
Несколько ночей тому назад, когда он встретил молодую женщину у Баскера, он и подумать не мог, что ему придется с ней спорить. О Богиня, неужели прошла неделя? С тех пор как они выбрались из гробницы, Нэнси будто бы стала более жесткой, менее открытой к убеждению. Он видел, что она уже готова тряхнуть плечами, ворваться в маленький магазинчик его брата и вытянуть всю силу из дюжин артефактов, находящихся внутри. Трифолд понимал, что она испытывает что-то вроде голода, и думал: неужели ее так же тянет к этому, как жаждущего человека тянет к глотку воды?
Нэнси проводила взглядом прохожего, переходящего дорогу: с приближением вечера на улицах становилось все больше людей. Доу осмелился проследить за ее взглядом и увидел очередного самодовольного молодого павлина, хотя этот тип и отличался от прочих низко свисающими с пояса револьверами. Они были столь ценными, что парень был наверняка очень опасен, раз осмеливался демонстрировать их в открытую и вдобавок на людной улице, не опасаясь, что кто- нибудь отберет у него оружие.
Вслед за ним вприпрыжку бежал рослый мужчина. Его взгляд скользнул по Нэнси, которая застыла в нерешительности. Девушка повела себя как хищник: мигом оценила ситуацию и решила все проигнорировать.
Доу попытался еще раз:
– Прошу тебя, Нэнси. Просто позволь мне зайти одному и вызвать к тебе Джеймса. Ты ведь оставишь его в живых, да? Он – это все, что у меня есть. И все, что есть у его жены.