— Я должен наверстать упущенное время, — сказал Люка без обиняков. — Мне нужны доказательства, что ты простила меня.
Джен рассмеялась.
— Похоже, тебя ничто не остановит.
— Это точно, — согласился он. — Я слишком голоден. — Он печально пожал плечами.
— Не больше, чем я, — парировала она.
— Похоже, ты становишься все ненасытнее, — бормотал Люка, откидывая ее волосы в сторону, чтобы поцеловать в затылок.
— Я знаю, — прошептала Джен, крепко прижимаясь к нему.
Церемония бракосочетания всегда была особенным событием, и Джен справедливо считала, что этот день станет одним из самых счастливых в ее жизни. Лучано был одет в бледно‑голубые шорты и белую льняную рубашку. Ей нравилась мысль, что дети разделят этот праздник вместе с ними.
Их свадьба состоялась в Лондоне через несколько дней после воссоединения. У них совершенно не было времени на организацию каких‑то особых свадебных мероприятий, да в этом и не было никакой необходимости. Жених и невеста заявили, что хотят быть вместе, Джей Ди, Тесс и Ширли выступили свидетелями, а вечером состоялся тихий ужин в кругу самых близких друзей.
Джен была одета в платье кораллового цвета, которое она купила на распродаже для беременных в самый последний момент. А Люка появился в одном из своих роскошных темных костюмов и выглядел как Люцифер. Взяв ее на руки, он объявил, что она — любовь всей его жизни.
Сегодня все совсем иначе, размышляла Джен, ведя Лучано за руку на цветущий двор, где их ожидали гости. При их появлении раздались крики ликования, и все восторженно зааплодировали, наполняя сердце Джен радостью и теплом.
Вот уже несколько лет Люка, она и Джей Ди работали вместе над несколькими благотворительными проектами. Она была счастлива помогать и той благотворительной организации, которая когда‑то так самоотверженно помогла ей.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказал ей Джей Ди. Его поддержали Тесс, Ширли и все многочисленные друзья, которых она приобрела на острове.
Люка настоял на их поездке в Рим вместе с детьми — Лучано и их двухлетней дочерью Натальей, или Талли, как все называли малышку с копной рыжих кудрей на голове, — чтобы Джен наконец‑то смогла обзавестись платьем, которого заслуживает. Бледно‑голубое кружево облегало ее почти вернувшуюся к прежним формам фигуру, заканчиваясь у колен. Люка также настоял, чтобы в честь такого особого случая она надела Императорский бриллиант, который не принес им никакого проклятия, но принес много любви и счастья. Возможно, потому, что он был освобожден из черного футляра и благодаря усилиям Джен выставлен на свет, где каждый мог его видеть и восхищаться его красотой.