Рене с помощью Хлои преобразилась совершенно волшебным образом. На ней было гораздо больше макияжа, чем обычно, а из-под соломенной шляпы ниспадали искусно завитые локоны. Джинсы плотно облегали ноги, блузка на пуговицах была расшита блестками. Округлившийся живот Рене почти скрывала нелепая огромная пряжка ремня, тоже блестящая. Оливер подумал, что в этом наряде даже не заметно, что Рене беременна. Она выглядит так же, как и другие девушки-ковбои, словно является частью мира родео.
Хлоя сказала что-то подруге, обе рассмеялись и направились к загону, где толпились молодые бычки, которым вскоре предстояло быть заарканенными ковбоями.
«Вот такой должна всегда быть Рене – веселой, смеющейся», – подумал Оливер.
Он смотрел, как теленок лижет ей руку, а она, кажется, что-то нежно говорит ему, и понимал, как сильно скучал по этой женщине. Слишком сильно. Он сделал все возможное, чтобы сосредоточиться на текущих проблемах, но ничего не мог поделать со своей фантазией, упрямо рисующей ему картины вероятного будущего. Оливер мог жениться на Рене, усыновить ее ребенка, и они стали бы семьей. Они бы потихоньку старились вместе, поддразнивали бы друг друга, поедая печенье и проводя долгие вечера в постели. А еще они делали бы то же, что и все родители: ходили бы с детьми в парк, играли в футбол, посещали школьные утренники.
Он мог бы быть счастлив с Рене…
Но затем Оливер неожиданно осознал, что представлял себе, как они замечательно живут одной семьей не в Нью-Йорке, за тысячи миль отсюда, а тут, в Техасе. Но реальность грубо вмешалась в его грезы, заставила вспомнить, что в таком случае необходимо учесть своего властолюбивого отца, брата и сестру, от которых только и жди проблем, и даже это проклятое родео-шоу.
Кроме того, Оливер даже не знал, сможет ли он сделать Рене счастливой. Она сейчас пытается снова наладить свою жизнь, обрести самостоятельность, и спать им сейчас друг с другом вряд ли разумно. Она даже не объяснила, откуда у нее эти странные шрамы на ногах. Оливер предполагал, что это как-то связано с Четом, но не хотел вынуждать Рене к откровенности, надеясь, что наступит момент, когда она расскажет ему обо всем. А если не расскажет…
Черт! Оливер вскинулся, увидев, что к его сестре подошел какой-то дюжий парень. Ба, да это Пит Веллингтон! Проклятье, когда до него наконец дойдет, что шоу «Все звезды» больше ему не принадлежит? Только бы Пит не устроил сцену! Судя по его виду, он собирается причинить Хлое неприятности.
Но Рене, похоже, об этом не подозревала. Она снова посмотрела на Оливера и указала на теленка, лижущего ей руку, как бы спрашивая: «Видишь?» Он поднял вверх большие пальцы, словно отвечая: «Класс!» Ее лицо просияло от радости, и у Оливера сердце чуть не выпрыгнуло из груди.