Спустя пару часов на небе показалась полная луна, заливая бледным неровным светом поля и луга вокруг нас, совершенно не касаясь силуэтов застывших деревьев.
Казалось, что ей, как и нам, внушает необъяснимую тревогу неподвижный лес, который весь вечер словно приглядывался к нам, решая, насколько легкая мы добыча…
Я лежала на земле и бездумно глядела в небо; мысли мои были за много миль отсюда. Как ни старалась, я не могла не думать, что в этот момент делает мой вампир. Скучает ли он по мне хоть немного? Ведь не может же он совершенно ничего не чувствовать.
Печально вздохнув, я перевернулась на другой бок. Что бы я ни делала, как бы ни пыталась отвлечься, одни и те же мысли постоянно возвращались. За эти несколько недель Аларис стал центром моего существования, поэтому даже один-единственный день, проведенный без него, показался целым годом. А что будет дальше? Неужели я обречена каждый день своей длинной жизни вспоминать его черты, его голос, руки, губы? Но другого варианта нет: либо так, либо я просто однажды сойду с ума от бесконечных душевных терзаний. Интересно, а вампиры могут сходить с ума?
Печально улыбнувшись своим глупым мыслям я наконец обратила внимание на остальных вампиров. Наш небольшой костер уже давно погас, поэтому вампиры казались просто неподвижными фигурами на земле. Силуэт Ленгли четко прорисовывался на фоне залитых светом полей — он вглядывался вдаль, туда, где остался его дом, его семья… Внезапно он насторожился и прислушался.
Я, мгновенно встревожившись, последовала его примеру: в первые секунды мне показалось, что ничего не происходит, но напрягшаяся спина командира говорила об обратном. Поэтому я закрыла глаза и позволила острому слуху унести меня в непроглядные чащи темного леса. И вот тогда я услышала… Тихий скрежетавший звук, от которого кожа мгновенно покрылась мурашками. Казалось, чьи-то когти разрывают землю, медленно, но неотвратимо приближаясь к нашей поляне…
Я мгновенно вскочила на ноги, и одновременно с этим в ночной прохладе раздался смятенный рык командира: «Тревога!».
Бонус первый
Что за чертов день!
Уж и не припомню, когда в последний раз меня что-либо так выводило из себя. За окном робким светом разгорался рассвет, а это значило, что времени до отправления отрядов почти не осталось.
Я устало потер глаза, а сам же скривился: каким человеческим вышел этот жест! Столько срочных дел ждало меня, но мысли упорно возвращались к одному и тому же…
От размышлений меня оторвал голос помощника:
— Мой господин. Войска готовы к отбытию. Все ждут вас.