Женщина закричала, когда один из насильников раздвинул ее ягодицы. Остальные засмеялись, один из них повернулся, и я узнал в нем верзилу с крошечным удом, который словно воспаленная алая вишенка тонул в густых черных волосах.
— Иди сюда, — сказал он повелительно. — Я вижу, что ты уже почти готов. Ты гол перед нами.
Я посмотрел — действительно, последний клочок одежды истлел прямо на глазах. Бетон в груди давал мне прежде защиту от страха, но вот он треснул, и в образовавшуюся щель страх проник как нож. Ощущение было таким резким, как будто этот нож вошел прямо в сердце, в ту единственную точку, где еще теплилась жизнь. Я стал умирать окончательно.
— Эй! — крикнул мне верзила. — Не хочешь побаловаться напоследок? А то через пару минут все для тебя кончится, и ты никогда больше не попробуешь женщину. Последняя женщина в твоей жизни — спеши!
Я умирал от страха, с ужасом понимая, что каждый следующий удар моего сердца может быть окончательным. Женщина кричала, а из меня вытекала жизнь. Верзила подошел ко мне вплотную и стал близко, напротив.
— Смотри мне в глаза, — скомандовал он. — Я хочу видеть твой последний миг. Раз, два… — сердце дало перебой. Еще несколько ударов. Опять перебой. В этот раз он длился долго, и я решил, что, видно, все кончилось, но сердце снова пошло.
Перебой следовал теперь один за другим — каждый раз я думал, что за ним настанет конец. Верзила смотрел на меня с улыбкой хищника. В этот момент он и появился.
Вначале я подумал, что это еще один каторжник ввалился в подвал и, встав вплотную, ждет моей смерти. Это оказалось правдой наполовину.
Да, это был разбойник — достаточно было посмотреть на его многочисленные татуировки. Купола на спине, звезды на ключицах, кресты… крест! Я неожиданно понял, что у него нет одной руки! Это был он — утонувший во Флегетоне убийца!
— Я на его место, — сказал он верзиле спокойным голосом.
— Не выйдет, — ответил тот. — Осталось совсем чуть-чуть, и он наш.
— Не ваш, — покачал головой убийца. — Он хотел спасти меня. Из-за него я отпущен из огненной реки. Ты не был там. Ты ничего не знаешь о том, что такое настоящий ад. А его я спасу, и так мы будем квиты. Может, тогда я и отсюда выберусь.
— Давай, — коротко ответил насильник и засмеялся. — Пробуй. Может быть, тебя еще и в рай возьмут.
Едва живой, я смотрел на происходящее и думал, что, наверное, я все-таки умер и все это лишь формула, знак, посмертный бред.
— Послушай, — сказал вор. — Я не знаю, ради чего или ради кого ты сюда забрался, но тебе тут не место. Уходи отсюда.
— Куда?