Шорты к ужасу оказались расстегнуты, прогнав неловкое ощущение, начала застегивать их под равнодушным взглядом лжешейха.
— Разумеется. У каждого свои вкусы, — отвлеклась на застегивание шорт. Не дать понять, что оскорбил. По сути его мнение — мне безразлично. Второй раз в жизни видела. — Кто-то вместо чтения книг пьет беспробудно до такого состояния, что не может дойти до комнаты и спит в парке. Я конечно, все понимаю, алкоголики тоже имеют право быть и спать, где хотят. Я без претензий. — улыбнулась наигранно.
— Спасибо за помощь! — помахала пальчиками, а лжешейх раскрыл книгу и положил себе на лицо, чтобы вновь заснуть.
POV Джокер
Только-только заснул в своем укромном месте после бессонной ночи, как резкий удар по яйцам ослепил, резанул глаза, растекся жгучей болью по крови. Заставил заскулить, как жалкого побитого пса.
Я попытался ухватиться за пах с целью спрятать главное место от посягательств и издевательств, но вдруг ощутил нехватку воздуха. Книга давила на нос и лицо и не давала дышать. «Пробежав» пальцами по наезднику (наезднице?), в приступе удушья, боли и ярости взял нахалку за шею, сдавливая по максимуму. До легкого хрипа.
Книгу убрал с лица и только тогда увидел — грудь. Меня оседлала девица, чья грудь колыхалась, ну точно напротив лица, ее черные волосы свисали с плеч и щекотали мне живот.
По волосам определил мою жертву. Попалась! Сама пришла в руки, точнее села на член! Неужели, наконец-то хоть что-то упало с неба и легко досталось!? От небывалого энтузиазма и от ощущения тонкой хрупкой шеи в моей власти пальцы закололо, а девчонка сидела на члене, налитом кровью и распирающем ширинку шорт и даже не представляла, о чем я уже думал и представлял.
Поток жара облил с ног до головы, но я не спешил отпускать добычу, продолжал душить, а то мало ли сбежит. Оглядывал представленное тело вблизи, пока не дошел взглядом до лица.
Да, твою мать! Южанка!?
Отнял руку от ее шеи, стояка как не бывало. Все похотливые мысли разом выветрились. Моя прекрасная добыча — эта чертова южанка? Да, где же я нагрешил в прошлой жизни, что в этой расплачивался? Она — последняя девушка, которую я бы хотел видеть сейчас, да вообще когда-нибудь. Я о ней забыл. Оставил в прошлом, отпустил. Предупреждал же держаться от меня подальше — закопаю, урою!
* * *
На хрен Роман мне нужна? На хрен она смотрела своими ведьмовскими черными глазищами. Зачем смеялась, как беззаботная девчонка своими мелкими ямочками на щеках. Зачем повела себя доверчиво, как идиотка? Бесили черные угольные волосы, блестевшие на солнце; глазища; ее сиськи, в конце концов.