— Понял, что я сказал?
— Да. — Ответ был еле слышен.
— Молодец.
Джонатан бережно положил голову обратно на пол. Он встал и посмотрел на Бена, который наблюдал за всей сценой, не шелохнувшись.
— Будь добр, Бен, позаботься о нем.
— Ладно, старик. Но черт меня побери, если я понимаю, что здесь происходит.
— Попозже об этом поговорим.
Двое индейцев-помощников официанта кряхтели, выполняя задачу по доставке поверженного великана к нему в номер, а Джонатан вернулся ко входу на площадку. Он остановился там, издали поглядел на Майлза, который единственный из постояльцев знал, что произошло столкновение. Их глаза — так схожие по цвету и холодному выражению — на мгновение встретились. Затем Майлз медленно кивнул и отвернулся, грациозно смахнув пылинку с рукава своего бархатного пиджака. Он получил ответ.
Аризона, вечер того же дня
Джонатан сидел на кровати, упершись спиной в вертикально поставленную подушку и вытянув ноги перед собой. Он скрутил вторую самокрутку, облизнул ее — и забыл закурить, устремив отсутствующий взор в нарастающую тьму.
Он начерно прикидывал, как ему убрать Майлза. Не было никакой возможности убрать его прежде, чем тот успеет предупредить объект, кто такой Джонатан на самом деле. В Швейцарии все будет зависеть от того, сумеет ли Спецрозыск точно и своевременно установить личность объекта.
Внезапно внимание Джонатана переключилось на происходящее: он услышал еле слышный металлический скрип за дверью своего номера. Он медленно приподнялся с кровати, слегка прижимая матрац ладонями, чтобы не звенели пружины. В дверь очень тихо постучали — явно с тем расчетом, чтобы не разбудить его, если он спит. Он не ожидал, что Майлз так быстро сделает свой ход, и пожалел, что у него нет при себе оружия. Стук повторился, и он еще раз услышал металлический скрип. Он прокрался к стене и замер у той стороны двери, где были навешены петли. В замке повернулся ключ, дверь чуть-чуть приоткрылась, и комнату прорезал луч света. Он в напряжении замер. Дверь тут же распахнулась настежь, и кто-то, не заходя в комнату, что-то шепнул. На ковре появились две тени: одна мужская, другая — какого-то чудища с огромным диском на голове. Когда тени чуть приблизились, Джонатан ногой захлопнул дверь и навалился на нее всем телом. Послышался удар, оглушительный скрежет, лязг металла, звон разбитого стекла, и он моментально понял, что это такое было.
Чувствуя себя окончательным кретином, он открыл дверь и выглянул. Биг-Бен привалился к противоположной стене коридора, а официант-индеец с ошалелым видом сидел на полу среди столового серебра и осколков посуды. На его пиджаке было наглядно представлено все меню.