— Вот скажи мне Громов, в чем сила? Думаешь в деньгах? — Николай мгновенно вспомнил, откуда эта фраза и горько усмехнулся.
— А ты считаешь, что в правде? Так, правда, в том, что ты оставил моего сына без наследников.
— Каюсь, — легко признался Димка, — я этого не хотел, — но вдруг задумчиво посмотрел на лицо олигарха. — А ведь вы врёте, — неожиданно выдал он. После чего откровенно уже рассмеялся. — Ну, точно врёте! Можете не отвечать, я сам попробую догадаться? Я не полностью отбил ему яйца?… Нет… Не то?…Тогда м-мм, а — искусственное оплодотворение?… Ага! Вижу близко!… Возможно во время операции врачи сохранили сперму и… Ну, точно! — рассмеялся он. — И вы надо думать уже нашли суррогатную мать! — Громов изумленно смотрел на парня. Откуда он мог всё это знать? Об этом даже бывшей жене он ничего не говорил, да и доктор, что делал тогда операцию, получил огромные деньги за молчание, но кто тогда проболтался?
— Не пытайтесь угадать, откуда я это знаю, — успокоился Серебряков. — Из ваших людей никто мне не проболтался, но мне другое интересно. Почему вы так упорно искали меня, даже по прошествии такого длительного периода времени? — На этот простой вопрос Громов не знал, как ответить. Он и сам не мог себе объяснить, почему не забросил это дело, когда, казалось бы, недруг пропал бесследно. "Сын, пусть без яичек, но чувствует себя хорошо, а он гарантированно получит наследника. Плод под присмотром дорогих врачей, у суррогатной матери развивается отлично и он даже знает, что это будет мальчик. Бизнес процветает, новая любовница старается отрабатывать своё содержание. Друзья уважают, клиенты бояться и уважают одновременно. Любая его прихоть мгновенно исполняется, казалось бы, живи и радуйся, что все благополучно завершилось. Даже сын после травмы остепенился и взялся за ум, забросив свои прежние пьянки с друзьями". Все эти мысли мелькали в голове Николая, а этот загадочный собеседник, казалось, свободно читает его как открытую книгу.
— Вот оно как? — удивился он, — и чего вам еще не хватает? — Именно в этот момент Громов по-настоящему испугался.
— Вы… чи. читаете мои мысли? — заикаясь, поинтересовался он.
— Можно сказать и так, — без лукавства ответил Серебряков, не признаваясь, что он ощущал только эмоции, но и по ним легко определил состояние мужчины. — И всё-таки, почему?
— Я не… не знаю.
— Хм, — задумался уже Дима. — Ваша семейка испортила жизнь мне и моей маме. Признаюсь честно, я очень хотел наказать вас, вплоть до устранения. Меня ничего уже не держит на этой планете… — Вот эта последняя фраза вогнала Громова в полный ступор. Все эти, казалось бы, случайнее оговорки про сигнализацию, про то, что пули его не возьмут, что он читает мысли, а как этот юноша мгновенно смог, не вставая с кресла, схватить его за яйца? Расстояние было примерно три-четыре метра.