Вообще-то, в отношении гигиены, мы оказались, наверное, самыми подготовленными в конвое. Ещё на Земле, когда Серёжа рассказал, со слов того человека, который ему помогал, как будет примерно выглядеть наш путь, то первым вопросом матери был — «а помыться в дороге у нас будет возможность?»
В итоге мы сделали вот что, сварили плоский бак, литров на триста, с перегородками внутри, чтобы вода на ходу не переливалась. Покрасили его в чёрный цвет и закрепили на кунге моей «Праги». Небольшой погружной насос и генератор позаимствовали с дачи. Ну и в итоге, благодаря солнцу нового мира, к концу дня мы имели достаточно тёплой воды, чтобы хоть слегка ополоснуться, плюс, мы запаслись на всех футболками и трусами из расчёта замены каждый день.
С причёсками вопрос решили радикально — все мужчины и «поколение мам», как только нам сказали быть на «товсь», отправились и постриглись, мужчины — под машинку, а женщины — коротко. Как сказала, в ходе обсуждения этой проблемы, Маргарита Геннадьевна: «Волосы — не уши, отрастут, гарантирую вам это как биолог».
Самой большой, в этом смысле, проблемой оказались Таня и Оля. У жены брата была роскошная чёрно-седая грива, неимоверной густоты, доходившая до середины спины, у Серёгиной сестры коса заканчивалась аж на попе. Предлагать остричь такую красоту ни у кого не поворачивался язык. Выход нашла Таня, она, оставив Максика на попечение Оли, куда-то съездила, привезла четыре хиджаба и научила Олю заматывать их так, как это делают живущие по шариату мусульманки.
В итоге мы доехали, в общем-то, относительно чистыми, а вот от некоторых спутников по конвою к концу пути ощутимо попахивало.
Пока женщины оккупировали ванную и душевые, мы, затащив в дом вещи, принялись, под чутким руководством Насти, вытаскивать из кухни на веранду весьма увесистый обеденный стол, а потом притащили ещё один, попроще, из гаража. К слову, я уже успел заметить, что вся мебель сделана из массива, привычными нам опилками здесь и не пахнет.
Как только мы составили столы, Настя притащила две скатерти из грубоватой, но красивой ткани, и отправила меня с братом и здешней Олей к соседям, пригласить их на мероприятие и, заодно, стрельнуть стульев. Обратно мы вернулись, таща кучу стульев, и в компании молодой женщины по имени Катя.
Судя по тому, как Катя поздоровалась с Настей, она давно была здесь своим человеком, и, на ходу знакомясь со всеми, сразу включилась в процесс. А я выбрал момент и решил повнимательнее приглядеться к своей, так сказать, «племяшке».
На вид ей было лет пятнадцать, вряд ли больше. Ростом, наверное, около метра семидесяти, с кожей цвета тёмной бронзы, но, к моему удивлению, с практически европейскими чертами лица. Фигура, за исключением большущего живота, осталась по-девичьи стройной. В этом отношении ей здорово повезло. Мне вспомнились жалобы, на свою старшую сестру, Вальки Уткина, моего одноклассника. Когда мы учились в девятом классе, она забеременела и, к концу процесса, прибавила к своей, до того весьма приятной фигуре, аж тридцать кэгэ. Валькиной семье приходилось почти каждый день выслушивать её истерики на эту тему!