– Битва века! Дарт Мол против своего двойника!
– А как зовут двойника? Дарт Мяу? – сказал Стефан.
Эмиль звонко расхохотался и откинулся в креслице.
– Да! Дарт Мяу! Его мама – кошка.
Впервые с того момента, как он проснулся, Стефану стало немного легче на душе. Он даже задышал свободнее.
Мы же как-то сюда попали. Значит, можно отсюда как-то выбраться.
Он потянулся к стартовой кнопке, но его остановил вопрос Эмиля:
– Пап, а как ты думаешь, они есть?
– Кто – они?
– Другие миры.
– Ты имеешь в виду инопланетян и все такое?
– Нет…
– Тогда какие – другие?
Эмиль скорчил смешную гримаску, быстро задышал носом и помахал фигурками.
– Да, только… ну… в общем…
– То есть другие миры внутри нашего?
– Ну да… внутри. Или снаружи. Хотя нет, не так… – в отчаянии от неспособности довести до конца мысль мальчик начал колотить себя ладошкой по лбу.
Стефан ухватил его за тоненькое запястье и прижал ручонку к своей щеке.
– Не надо, малыш.
Эмиль вырвал руку, несколько секунд смотрел на двойников Дарта Мола и Дарта Мяу, после чего произнес:
– Они такие же, как наш. Только другие.
– Как это – такие же?
Эмиль горестно покачал головой:
– Не могу объяснить.
И начал сталкивать на коленях двух Дартов – Мола и Мяу. Совершенно ясно – несмотря на последнюю фразу, Эмиль пытается найти слова.
Прошло пару минут. Стефан посмотрел в лобовое окно: спереди появилась еще одна белая фигура. Пока еще довольно далеко. Посмотрел по сторонам – никого.
Почему они всегда появляются с одной стороны?
Нет, это не так. Когда они с Эмилем поехали в первый раз, Белый появился с противоположной стороны. И когда он увидел его с крыши кемпера – тоже. Значит, они появляются не с одной и той же стороны.
Они идут в обе стороны, но…
Они идут вдоль одной и той же линии.
Эмиль аккуратно отцепил лазерные мечи, сложил их вместе с фигурками в нагрудный карман, застегнул кнопку и проверил – хорошо ли застегнута.
– Ты, типа, сам решаешь, что взаправду, а что понарошку.
– Не понимаю.
– И я не понимаю, – согласился Эмиль и погладил карман. – Поехали домой?
* * *
Домой…
Удивительно, как быстро приспосабливается человек: когда на горизонте появились кемперы, у Стефана вырвался вздох облегчения. Прийти домой – всегда облегчение. Сбросить постоянно повышающееся напряжение внешнего мира, покрутить колесико реостата.
И слава богу – вот она, «тойота». Карина вернулась. Без Карины понятие «дом» теряет смысл.
Двое Белых, он уже их видел, стоят посередине лагеря, к ним присоединились еще двое, пришедшие, если его теория верна, с противоположной стороны. Стоят друг напротив друга, как будто о чем-то разговаривают, хотя ртов у них нет.