На какой-то момент Генри оцепенел, затем не то самому себе, не то кому-то сказал:
— Этого не может быть.
— Увы, может. И это случилось. — Спецци опустился на кровать. — Когда вы сегодня днем сказали, что Марио знает имя убийцы, я, признаться, вам не поверил. Но теперь очевидно, что вы были правы. Он знал и заплатил за это жизнью.
Генри невероятным усилием взял себя в руки.
— Расскажите мне все, что знаете об этом, быстрее, а потом пойдем вниз.
— Знаю-то я очень мало, — ответил капитан. — Карло сообщил новость по телефону из деревни. Он был в шоке, едва мог говорить. Только без конца повторял, что все точно так же, как с герром Хозером.
— Когда он позвонил?
— Только что. Я помчался сразу к вам. Он остановил подъемник и вызвал врача. Сейчас ждет от нас указаний.
— Так. — Теперь инспектор говорил быстро и отрывочно, с облегчением предвкушая ближайшие действия, потому что только они могли рассеять кошмар, начинавший накрывать его. — Все вернулись в отель?
— Не знаю.
— Пойдем посмотрим. Эмми, проверь, на месте ли Герда, а потом постучи в номер барона, узнай, вернулся ли он. И присмотри за Труди Книпфер.
— Конечно. — И Эмми быстро вышла.
Искать Роджера и полковника Бакфаста не пришлось. Они были в холле: выйдя в коридор, Генри и Спецци сразу услышали их голоса.
— Никогда раньше такого не было, — говорил полковник. — Надеюсь, парень не заболел.
— Должен сказать, в последнее время он плоховато выглядел, — отвечал Роджер.
Тиббет спустился по лестнице.
— О ком вы говорите? — спросил он.
— О Марио, — пояснил Роджер.
— Очень необычно, — вступил полковник. — Я сразу подумал, что это он… Было, конечно, темно, я не мог хорошо рассмотреть, но сам себе сказал еще там, на подъемнике: «Ей-богу, похоже, это старина Марио едет вниз». Так и вышло: когда мы добрались до верхней площадки, его там не оказалось. Первый раз такое на моей памяти.
— Мы беспокоимся, не заболел ли он, — добавил Роджер.
— Боюсь, у меня плохая новость, — сказал Генри. — Марио мертв. Его застрелили.
— Господи! — Роджер побледнел как мел, а полковник нерешительно сделал шаг навстречу инспектору, но схватился рукой за перила, чтобы не упасть. Вид у него был такой, словно его вот-вот вырвет.
— Застрелили? — тупо повторил он.
— На подъемнике, надо полагать, — произнес Роджер ледяным голосом.
— Еще не знаю, — ответил Тиббет, — но похоже на то.
— Прелестно, должен признаться. — Стейнз повернулся к полковнику Бакфасту. — Как вам перспектива оказаться главным подозреваемым в деле о двойном убийстве, полковник?