Ася с трудом села на кровати. Её шатало, как пьянчужку с похмелья. Ничего-ничего, если ухватиться руками за стул, а потом ме-е-едленно передвигаться по стеночке… то вот уже и она – спасительная дверь.
Ася буквально вывалилась в коридор и, продолжая для устойчивости держаться за стену, двинулась по направлению к кухне. Ей казалось, что это небольшое – в пару десятков шагов – расстояние она преодолела не раньше, чем за полчаса. Во всяком случае, задыхалась она так, как будто пробежала марафон.
На кухне не было ни души. Если бы у Аси были силы заплакать – она разрыдалась бы от собственной беспомощности.
Медленно развернувшись, она – шаг за шагом – двинулась обратно к номеру. Ей необходимо было срочно лечь.
В это время дверь, ведущая на улицу, распахнулась, и внутрь гостевого дома ввалились люди. Сколько их было – Ася разглядеть не успела, да и неважно это уже было. Главное – вот оно, спасение! Все лица забавно сливались у неё в одну серую массу, поэтому она просто сделала движение по направлению к этой невнятной толпе и выдохнула из последних сил:
– Вызовите врача, пожалуйста.
– Ася, что с вами? – раздался встревоженный и такой знакомый голос. Ну конечно же, это был Белецкий – с облегчением поняла Ася.
И в ту же секунду рухнула ему под ноги.
Ася прометалась в жару три дня. Вызванный врач только разводил руками – возможно, эмоциональное перенапряжение, сильный стресс, усталость и недосып… Сильный молодой организм должен это перебороть, при надлежащем уходе особой нужды в госпитализации нет.
Время от времени Ася выплывала из окутывающего её, как кокон, густого дурмана, и начинала различать лица. Чаще всего, конечно, она видела перед собой лицо Веры – очень встревоженное. Но иногда на смену приходили и другие физиономии. Когда-то у её постели оказывалась хозяйка гостевого домика. Изредка дочка ресторатора Марина (Ася настолько ослабла, что даже не задавалась вопросом, что она, собственно, тут делает и зачем). Забегала даже Аурика – смотрела сочувственно, как на тяжелобольную. Впрочем, должно быть, Ася и выглядела тяжелобольной.
«Он, наверное, не придёт…» – плавясь в горячечном бреду, думала Ася с отчаянием. Она не знала, почему ей так важно было, чтобы Белецкий навестил её, да и не искала больше логики в мотивах своих поступков. Ей просто хотелось взглянуть ему в лицо… и, быть может, от одного взгляда исцелиться, как в сказке. Во всяком случае, она верила в то, что ей сразу же станет легче.
Когда в один из моментов она открыла глаза и увидела-таки перед собой того, кого так долго ждала, то не сразу сообразила, явь это или игра её затуманенного сознания.