– А один дедушка, – «подлец» лицемерно возвел очи горе, не прекращая объятий, – когда-то возивший топливо по лендлизу, злорадно вспоминал Мурманск. Настаивал, что русские знают секретный ингредиент, который добавляют в водку. Так что виски никого не спасет. Ну что, пришлось его вежливо осадить. Мол, не надо тут сдавать секреты Родины, towarisch. KGB бдит.
– Грозен зело и суров, – задумчиво проговорила девушка. – Обидел старичка.
– Ни в коем разе, – делано возмутился Вик. – Бодрый дедуля ржал, как конь, и тыкал меня локтем в ребра. Мы с ним нашли общий язык, а также вариант посидеть в недальнем пабе за шотом того самого «негодного виски». Которое, к слову, оказалось годным, и весьма.
– Тогда прощаю. – Разомкнув руки, Ада изобразила некое подобие реверанса. – И, увы, покидаю тебя. Выпросила у Зинаиды Мефодьевны отгул: хочу добраться до дома пораньше. Покормить тараканов, выпустить любовников из шкафа, покидать капканы в кладовку и перезачаровать магические ловушки с параноидального режима на расслабленный.
– Э-э-э… – Перевертыш застыл с полураспахнутыми руками. – Так, а мне что тут без тебя делать?
– «А напиши, Витенька, отчет», – очень похоже изобразила магичка. – Во-первых, бабе Зине полагается знать все, что происходит с ее сотрудниками. Ты же только мне про свою внезапно вернувшуюся память рассказал?
– Согласен, – деловито кивнул Вик и устремился к ноутбуку. – Я же говорю: ерунда какая-то в голове. Сейчас быренько аудиофайл запишу, на всякий экстренный – вдруг опять склероз навалится? А потом придется клавиатурой погрохотать.
– Умен не по годам. – Ада снова улыбнулась, ее карминовые губы многообещающе изогнулись. – И отважен. Был у меня знакомый инквизитор… Человек, естественно. Терпеть не мог отчеты.
– Понимаю его, – буркнул перевертыш, запуская программу-диктофон. – А во-вторых?
– А во-вторых, ты будешь думать обо мне. Отвлекаться, опечатываться, ворчать вслух, вносить правки. И торопиться.
Ада сняла с вешалки алое пальто, ловко накинула его и закончила мысль:
– Потому что некрасиво заставлять девушку ждать. Особенно если она сама об этом попросила.
У Виктора отвалилась челюсть. Потом он сглотнул, сверкнул взглядом и обрушился на клавиши с удвоенным энтузиазмом. Девушка довольно сощурилась и покинула кабинет.
Потому что заставлять ждать действительно нехорошо. И действительно надо домой. Ведь в доме сем безраздельно наличествует бардак, который приятному во всех отношениях рыцарю на первом романтическом свидании наблюдать не полагается.
А то еще перекинется и сбежит. Чего допускать ну никак нельзя.