Он подмигнул окружающим и добавил с деланным изумлением:
— Ах, впрочем, я забыл! Вы ведь не будете играть в театре «Бродвей» в новом спектакле, не правда ли, миссис Мейнард?
— Нет, не буду, — ответила она холодно.
— О, не отчаивайтесь! — воскликнул мистер Фред с многозначительным кивком головы. — Возможно, скоро вы получите какую–нибудь роль и, наконец, сможете расплатиться…
Гвенда вспыхнула и попыталась встать. Но вместо нее поднялся Чик.
— Мистер Фред, — попросил он мягко, — не будете ли вы так добры уделить мне одну минуту?
Мистер Фред улыбнулся.
— Говорите здесь, Чик.
Чик покачал головой и направился к двери, а мистер Фред с той же неизменной улыбкой последовал за ним.
Входная дверь была открыта, и Чик ждал на улице.
— Я не намерен простуживаться, Чик.
— Подойдите, Терренс!
— Что за глупые шутки? — раздраженно спросил мистер Фред, выходя наружу.
И в этот момент Чик залепил ему пощечину. Терренс остолбенел от изумления, а потом, сжав кулаки, бросился на оскорбителя.
Но Чик оказался слишком сильным противником. Вскоре мистер Фред был сбит с ног и перестал что–либо видеть и чувствовать. Он очнулся оттого, что его кто–то ставил на ноги и тряс за шиворот.
— Я люблю бокс, Терренс — в своей школе был чемпионом в легком весе. Кстати, именно по вторникам и пятницам я поддерживаю форму.
Мистер Фред ничего не ответил. Он повернулся и пошел в свою комнату, слегка покачиваясь, как пьяный. А Чик вернулся в столовую. Он не был ни возбужден, ни озлоблен. Даже заглянул по дороге в корзинку для писем; и, заметив конверт со своим именем, захватил его с собой.
Гвенда с беспокойством поглядела на него, когда он вошел. Чик умел управлять своими нервами и мускулами, но был заметно бледен.
— Мистер Фред не вернется к чаю, — сообщил он с улыбкой, обращаясь к миссис Шипмет, и, опустившись на стул рядом с Гвендой, начал читать письмо.
Гвенда смотрела на руки Чика. Суставы его пальцев были красны и кровоточили.
— Чик, — прошептала она, — что случилось?
Но Чик углубился в чтение письма, которое было написано викарием из Пальборо.
«…Он умер совсем спокойно. Я думаю, что сильное впечатление от этой новости повлияло на его подточенный организм. Прилагаемое письмо от клерка Парламентского Комитета, уведомляющее, что претензия доктора Вина о восстановлении его в правах на угасший титул пэра и маркиза Пальборо удовлетворена палатой лордов, было, как я знаю, полной неожиданностью для вашего дяди. Позвольте мне одновременно выразить вам мое сожаление по поводу понесенной вами утраты и поздравить вашу светлость с унаследованной вами высокой честью…».