походной жизни и отсутствие возможности принимать ванну каждый день. Привычные ароматы
местного социума. Странность заключалась в некоторых непонятных сопутствующих запахах.
Если нос его не подводит, рядом с этими четырьмя людьми, группа зомби, минимум пять
штук, может больше. Это ладно, бывает, Зона тут. Но почему выстрелов не слышно? А ведь ещё и
химерой пахнет и псевдопсом. А вот кровью, не пахнет совсем. Сейчас он может учуять этот
тонкий запах, пока ещё может. Но дело в том, что, когда кровь начинает течь – есть открытая рана, которая всегда пахнет мясом и запах очень стойкий. В принципе, такой запах можно считать
запахом крови, когда нюх слабоват. Только сейчас его нет и в помине.
Велес, недоумённо ворча, направился на запах. Приходится признать, что где-то впереди идёт
компания из четырёх людей, стада зомби, химеры и псевдопса. Причём идут они, меж собой не
враждуя, в одной связке идут, и друг на друга не кидаются. Монолит? Так далеко от ЧАЭС? По
идеи, возможно. Есть информация, что иногда они выходили к Кордону. Цели таких отрядов
Монолита всегда непонятны, но порой случается, приходят.
Они умели контролировать мутантов. Методом жестоким, хирургическим, довольно сильно
аморальным, но умели. Однако – монолитовцы пахнут совсем иначе. Источаемый ими аромат
спутать ни с чем не получится. На лицо загадка. А загадки всегда интересно разгадывать.
Ведь отгадки, непременно стоят денег, иногда очень больших. Так что…
-Я не такой. – Прорычал он небесам Зоны. – Мне просто интересно и всё! Вот.
Небо конечно, промолчало. Не разговорчивое оно в Зоне…, да и хорошо, что промолчало. А
то как-то сразу вспомнился ему плакат Брюса Ли. В тот день, когда он впервые стал мерзко
хихикать над юным каратистом Лёшей, подававшим надежды на обретение восьмого дана. Он73
вполне мог бы стать самым юным каратистом в мире, сумевшим получить первый дан. Ещё бы лет
пять и, не достигнув тридцати лет, некий Алексей, заполучил бы такой поясок…, а там чем чёрт не
шутит, мог бы стать и самым молодым европейцем, сдавшим на красный пояс.
Брюс думал иначе. О чём открыто высказывался. И господина Ли, почему-то, совсем не
смущало, что он просто рисунок на плакате – ржал как индюк плывущий галопом…
Велес слегка вспотел. Не к добру такие воспоминания. Но ничего поделать уже не мог.
В памяти всплыл маленький кабинет, на кафедре молекулярной химии в одном из институтов, малоизвестного города Российского. Он только что с блеском провалил эксперимент с
искусственно созданной активной ДНК – профессор помнится, назвал его двумя плохими словами