— Оставаться на своих местах! Живо в позицию! Взять на цель! Стрелять только по жесту моей левой руки! — Скакала туда-сюда перед своим немногочисленным гарнизоном Рыжая, раздавая приказы, и прокралось в её сердце какое-то нехорошее предчувствие.
А враги, побросав своих лошадей, начали идти по льду пешими, и с каждым мигом они были всё ближе.
И взмахнула Хельга рукой, и нет пятнадцати недругов; и взмахнула ещё — и вот, уже тридцать заливают своей кровью лёд, окрашивая его в багровый цвет. И долго не сворачивалась кровь, ибо морозный сегодня выдался денёк.
Но не боялся неприятель ни мороза, ни сыплющихся на него стрел, и каплей в море были отчаянные попытки отряда остановить его перемещение.
Паника, паника стояла в лицах соратников Рыжей и, заметив это, развернула она лице своё к гарнизону и прогудела сквозь шлем следующее:
— Я верю, что есть Некто над всеми нами; да поможет он храбрецам и не одобрит нытья слабаков. Тот, кто боится — да пойдёт пусть прочь, и не убью я того, но истребится душа та из сердца моего и из отряда моего вон!
И воспрял духом гарнизон на время, но пересёк уже враг половину реки.
Воздела тогда в отчаянии Риннона руки кверху, подняв крик:
— Хельга, это конец! Мы не удержим берег, надо отступать!
— Предупредить нужно кого-нибудь! — Вторила ей Мерна.
— Только — кого? — Вздохнула измученно Иделла. — Мы совершенно одни.
— Все наши здесь; и если поляжем — некому будет защищать замок. — Добавила Эдана.
И протрубила Рыжая в рог на всякий случай, а номадины всё приближались.
Тогда вышла она из-под прикрытия, и стала стрелять в лёд, а когда закончились стрелы, начала рубить застывшее водяное зеркало небольшим тесаком. И изошла река трещинами, и много народу утопло в нём.
Но не спасло это Хельгу и её верных друзей. Тогда повернулась она к своим, дабы приободрить их в очередной раз; и в немом ужасе застыла, ибо позади неё лежали мёртвые, сражённые вражьими стрелами тела, и некого уже было подбадривать и защищать. Совсем юные девушки, совсем юные ребята; все как один почили фрекинги вечным сном.
И протрубила Рыжая в свой рог ещё раз, сама не ведая, зачем, ибо её нынешние земляки, корсары Сюшера промышляли несколько севернее, охотясь и заготавливая пушнину; вряд ли бы они её услышали. И тяжело было глазам, потому что всюду было бело от снега.
«Не дай, не дай мне упасть; об одном лишь молю»; прошептав сие, подняла свои очи к небу истощённая неравной борьбой девушка.
И вот уже ранена в плечо Хельга, и нога не слушается; и захрипев, протрубила в рог в последний раз. И обступили её высадившиеся таки на противоположный берег чёртовы изверги, и начали побивать небольшими камнями и мокрыми комками снега; но упорно сопротивлялась Воительница, яростно огрызаясь, кусаясь и царапаясь, ежом катаясь по примёрзшей траве.