— Александр Михайлович, я кое-что узнал о вашем проекте, и хочу предложить свое участие в нем. Сейчас абсолютно случайно у меня завалялась пара миллионов рублей, которые, по моему разумению, делу весьма поспособствовали бы.
— Вы кто и что вам от меня надо?
— Александр Волков. Человек, чьей ручкой вы, скорее всего, пишите. Тот, который, среди прочего всего, заработал за последний год десять миллионов. И который два года назад вернулся на родину без копейки денег. Ещё тот, кто может проект сделать в десятки раз более прибыльным, чем вы можете себе вообразить. А надо мне, чтобы вы в список участников концессии включили и мою фамилию — причем лично вам столь несложное упражнение в правописании принесет сто тысяч рублей. Наличными, и без какого бы то ни было оглашения.
— Вы сто тысяч с собой в бумажнике носите? — не удержался от сарказма мой собеседник.
— Нет, конечно. Если вы согласны, то мы просто перейдём дорогу, зайдём в банк и я переведу указанную сумму на ваш счёт. Ну а если после высочайшего утверждения списка участников концессии моего имени в нём не окажется, вы просто вернёте деньги.
— А если не верну? Вы же сами предлагаете "без какого бы то ни было оглашения", — он ухмыльнулся.
— У меня почему-то есть уверенность, что достойный человек не пожелает запятнать свою биографию столь мелким жульничеством. К тому же мне хотелось бы рассказать, почему лично Вы весьма заинтересованы, чтобы как раз моё имя из списка не пропало. Не будете ли Вы столь любезны посвятить пару часов необременительной частной беседе?
— Заманчивое предложение. Боюсь, мне все же придется отказаться, у меня на сегодня уже назначена встреча.
— Насколько я осведомлён, встреча с Илларионом Ивановичем у Вас назначена на полдень. Нам хватит времени побеседовать, а последующий за нашим разговор, я уверен, будет намного более плодотворной. Сто тысяч на счету вдохновляют, поверьте моему опыту…
В целом мысль о внезапном и необременительном обогащении Александру Михайловичу понравилась, и время до полудня мы провели довольно плодотворно. Хотя поначалу у него и были кое-какие сомнения в моем предложении, мне все же на начальном этапе удалось их развеять:
— В конце концов в любом случае Вы, Александр Михайлович, почти ничего не теряете. А выиграть, если всё получится, можете весьма много — как и я, не сомневайтесь. И хотя при проигрыше я теряю заметно больше Вашего, на моей стороне стоит простой расчет: выигрыш гораздо больше проигрыша. И вообще, кто не рискует, тот лошадь, а я все же человек…
— Что Вы сказали? Причем тут лошадь? — похоже, что мой собеседник собрался обидеться.