– Есть дело.
– Надеюсь, – перламутровые зубки на миг прикусили нижнюю губу, – интимного характера?
– Исключительно интимного. Интимней некуда. Вообще-то я крайне огорчусь, если интимность моего к тебе дела будет нарушена раньше времени, Жужу. Кстати, спасибо за херес…
– Знаю, что ты его любишь.
– Предвидел мой визит?
– О нет, что ты. Я ведь не ясновидец. Просто никогда не перестаю надеяться. Твой спутник?..
– Мартабах, бывший ученик.
– Правда?
Повинуясь изменившемуся тону, один раб убрал книгу, а другой отполз в сторону, чтобы мальчишка мог встать. Он двигался грациознее любой кошки, но в то же время каждый жест пронизывала манерность, каждый поворот шеи, каждый звонкий шажок, каждое движение бедер и разворот плеч могли свести неподготовленного смертного с ума.
– Один из печально знаменитой троицы? Слышал, вы много дел натворили во время войны. Сколько жизней ты загасил?
– Кто их считал?
– От тебя несет тленом и кровью. Изысканно.
– Просто ты мне в пупок дышишь, а я уже некоторое время в дороге.
– Мне нравятся грязные тела, – облизнулся иллит, – особенно такие… такие…
– Вернемся к делу, может быть? Нам с Мартабахом нужно попасть в один мир, куда не ведут более обычные пути. Если ты готов унять свой зуд хоть ненадолго.
Иллит унял. Весьма несвойственная и похвальная способность для его вида.
Каос коротко обрисовал свое дело.
– Понятно, вламываетесь в тюрьму Корпорации. – Мальчишка вновь сидел в кресле, которое было ему слишком велико, и задумчиво тыкал каблуком в бок одному из рабов, отчего по коже того стекали все новые и новые капельки крови. – Насколько мне стало известно третьего дня, недавно ты имел весьма продолжительное веселье в их головном офисе.
– Метавселенная полнится сплетниками и балаболами, а их столица расположена здесь, в Ахарии. Да, имел.
– И теперь они будут бить тревогу, как только ты приблизишься к ареалу их управления на десять межмировых переходов.
– Скорее всего.
– Хорошо известно, что все врата Мултакара деактивированы и возвращают в строй их лишь по жесткому расписанию, чтобы получить новых узников. Когда тебя заметят, любая попытка прорваться к вратам, ведущим в этот мир, будет стоить огромных сил. При этом, даже если ты сможешь, а я верю, что ты сможешь ворваться в тюрьму, нет гарантии, что ты там выживешь. Но! Даже если ты там выживешь, обратно будет уже не выбраться. Они запрут тебя внутри.
– Как-то так, да. Хотя, скорее всего, они просто начнут гнать в этот мир все свои армии, легион за легионом, пока наконец не смогут меня завалить. Поэтому мне нужно, чтобы ты нас туда проводил, а затем быстро и легко вывел. Сможешь?