— То есть ты им соврал? — повела бровью Ли.
— Почему «соврал»? Выдал один из возможных вариантов за правду, — выкрутился Касс. — Спасибо, что подыграла.
Ли пожала плечами: все же Ястреб действительно вел себя странно в последнее время. Она нарвалась на орков, чуть не ввязала Аххад в конфликт, а он ей еще и спасибо говорил. Единственным светлым пятном во всей этой истории была лошадь, и если герцог надеялся, что она ему ее отдаст, то сильно заблуждался.
— Лошадь не отдам, имей в виду, — буркнула она, следуя за ним по коридорам дворца.
Касс удивленно оглянулся на девушку, и в этот момент из-за угла вывернули две шейны, одна из которых, завидев Касса, громко воскликнула:
— Кассэль, вот ты где! А я тебя повсюду ищу.
— Антэль, — герцог, слабо вздохнув, остановился, выжидая пока мать подойдет ближе.
— Мне сказали, ты прибыл еще вчера, — Антэль протянула сыну руки для поцелуя, одарив его светлой улыбкой. — Я хотела тебя попросить… — женщина запнулась, заметив вышедшую из-за спины Касса Оливию и, раскрыв рот, осталась стоять, взирая на девушку с выражением крайнего негодования на лице. — Так это правда… — ошеломленно выдохнула она.
— Что ты имеешь в виду, мама? — скривился Кассэль, предчувствуя надвигающийся скандал.
— Ты действительно привез ее с собой, — поджала губы Антэль.
— Мама, мы еще несколько месяцев назад выяснили, что я женился. По традиции я должен представить жену ко двору на открытии сезона. Что тебя удивляет?
— Меня удивляет, что ты позволил ей явиться во дворец в этом, — Антэль презрительно скривилась, окинув Оливию с головы до ног уничижающим взглядом. — Ты решил меня опозорить перед всеми уважаемыми домами Азаандара?
Оливия, стиснув зубы, выпрямила спину, готовясь дать отпор, но внезапно герцог решительно обхватил ее ладонь своей, а затем демонстративно положил на изгиб локтя.
— Позволь полюбопытствовать, что позорного ты обнаружила в облике моей супруги? — в голосе герцога появились властные и жесткие нотки, заставившие Антэль удивленно взглянуть на сына.
— Ты считаешь приличным женщине появляться на людях в таком возмутительном наряде? — звенящим от гнева голосом выдохнула Антэль, кивнув на обтянутые брюками ноги Оливии.
— Я считаю, что ее наряд более приличен, чем у твоей спутницы, — осадил мать Касс, одарив многозначительным взглядом стоявшую рядом с ней шейну, грудь которой буквально вываливалась из-за корсажа невероятно открытого платья. — По крайне мере я уверен, что моя жена не потеряет его где-нибудь посреди дворца.
Женщина покрылась пунцовыми пятнами, а Антэль от такого заявления открыла рот, негодующе шевеля губами, словно рыба, вынутая из воды.