«По исчезновению, конечно, еще есть вопросы, но с пожарами, похоже, все предельно ясно, – думал Гуров, подъезжая к дому. – Элементарное желание напакостить, свойственное невоспитанным детям всех возрастов, – вот она, загадочная причина, которая объясняет все эти своеобразные случаи. Случаи непонятные и странные, в которых на первый взгляд не прослеживается ни вменяемых причин, ни серьезных следствий. Но теперь все объяснилось. Виктор Седов действительно не планировал серьезный террористический акт. Все его желание состояло лишь в том, чтобы как следует досадить несговорчивому папеньке».
Кроме объяснения причин пожаров, а также выяснения их организатора, разговор с Ингой снимал с повестки дня и вопрос о предполагаемой личной выгоде Арутюнова от получения страховки за испорченное имущество. Теперь было совершенно очевидно, что, даже несмотря на страховые компенсации, в итоге он получил скорее убытки, чем выгоду.
«Выгоду здесь получил, по-видимому, Витек, – продолжал размышлять Лев. – Достал, как мог, нерадивого папку, хапнул денежек и смылся куда-нибудь в южные страны на солнышке загорать. А соседи беспокоятся, места себе не находят. Все думают, что им там Вере говорить, когда с ней на небесах встретятся».
Войдя в подъезд, он нажал кнопку лифта и, когда приехал на свой этаж, в голове его уже сложился четкий план действий.
Поскольку главным заводилой в деле поджигания оптовых рынков был Виктор, было бессмысленно начинать допросы его друзей, пока не пойман сам «атаман». Узнав, что главный организатор диверсий уже в руках полиции и дает показания, ребята наверняка станут гораздо разговорчивее.
Теперь найти Виктора будет проще, ведь если тот контактировал с Арутюновым, значит, бизнесмен в курсе его дел и, вполне возможно, знает, куда именно он отправился. Сложность состояла в том, чтобы разговорить самого Арутюнова…
– Лева, ты с ума сошел? – встретила его в коридоре Мария. – Ты знаешь, сколько сейчас времени? Что, теперь каждый день будешь возвращаться посреди ночи? Я переволновалась, спать не могу. Где тебя носит?
– О чем волноваться, Маша? – миролюбиво улыбнулся Гуров. – Ты ведь знаешь, какая у меня работа. Что я, первый раз, что ли, поздно прихожу?
– Вот именно, что не первый. Я понимаю – раз задержался, ну, два, но не каждый же день.
– Ладно, не бурчи. Лучше скажи, чего у нас перекусить можно. Полночи в дозоре дежурил, проголодался.
– Что еще за дозор? – подозрительно взглянула на него Мария.
– Свидетелей по делу караулил. Между прочим, как раз по твоему.
– По моему? Какое у меня может быть дело?