Реставрационная эпоха после экономических, политических и культурных успехов СССР лишь кажется нелогичной, как казались некоторым современникам нелогичными реставрации после успехов политики Оливера Кромвеля или Наполеона Бонапарта. Однако великие буржуазные революции имели не только подъемы и пики. Вслед за термидором (остановкой революции) следовал бонапартистский этап. За ним наступала реставрация. Все это происходило в условиях торгового (Английская революция) и промышленного капитализма (Великая французская и Великая русская революции). Этот строй отношений родился в результате преодоления кризиса XIV в. Большой кризис 1770-х гг. перевел капитализм на промышленный уровень развития. Позднее он стал монополистическим. Но его формы не были тождественны его этапам развития, выражавшимся как в форме экономических, так и политических изменений. Отмериваемые большими кризисами этапы были периодами развития, в XX в. изменявшими уже монополистический капитализм, эволюция которого не закончилась с рождением сложного государственного регулирования.
Революция 1917 г. в России была чрезвычайно смелой, радикальной и круто изменившей общество. Оно открыло горизонт нового общественного строя. Но достичь его на уровне развития производительных сил XX в. было невозможно. Рынок, а с ним и частная собственность оказались прощены обществом. Оно приняло их с присущим им множеством пороков. Этот факт тяжким бременем лег в сознание или вцепился в душу в бессознательной форме многих постсоветских левых активистов. «Предательство масс» стало выражением, которое старались не произносить вслух, но которое не могли забыть, глядя на кажущуюся пагубной вовлеченность россиян в бытовые вопросы, в потребление, погоню за заработком, накоплением автомобилей, квартир и дач вместо того, чтобы обратить внимание на несовершенство социальной системы и порочность политики. Подобное поведение было характерно для многих обществ, переживших великие, круто все меняющие революции в эпоху капитализма. В Англии времен правления Карла II погоня за достатком стала едва ли не главной идеей реставрации. Во Франции времен Наполеона III молодые республиканцы, такие как будущий президент Жорж Клемансо, сетовали: рабочие не хотят думать о политике, а лишь заняты решением личных материальных задач. Ситуации эти были временными.
Все реставрации заканчивались. Однако не все революции имели эту стадию в явном виде. Она едва ли может быть легко прослежена в случае революции в Нидерландах. Здесь движение против католической феодальной власти началось в 1566 г. Его центром была промышленно развития южная часть страны (территория современной Бельгии). Эти провинции Испания смогла сохранить за собой. Когда за кризисом последовал новый экономический подъем, это укрепило позиции католической церкви в городах Фландрии. Произошло разделение страны. Силы революции смогли удержаться лишь на севере за Рейном, в областях, которые ранее сильно отставали в развитии. Но именно сюда мигрировали многие сторонники нового строя, а Амстердам в качестве торгового центра заменил Антверпен, захваченный испанцами после осады 1584—1585 гг. Так протестантское население этого центра переселилось на север. Республика была во многом основана на новом месте. Это не избавило революционный процесс от положенных этапов.