– У нашего постояльца была при себе сумка, – вспомнил Вова. – Он всюду ее за собой таскал.
– В номере никакой сумки мы не обнаружили!
– Наверное, Гужа… Лешко спрятал ее еще раньше. Когда он в кафе встречался со своим дружком, сумки при нем уже не было. Я специально обратил на это внимание. И много там было украдено?
– Украдено было около десяти миллионов. Но вы говорите, сумка по объему совсем небольшая?
– Не больше школьного портфеля.
– Туда много денег не влезет. От силы миллиона два-три, да и то если самыми крупными купюрами. Видимо, Лешко и впрямь сильно потратился и потому боялся мести своего подельника. Думаю, что Максимов уже предпринял несколько попыток вразумить своего приятеля. Нами установлено, что одежда покойного подверглась воздействию морской воды. Возможно, его пытались утопить в море. Кроме того, на затылке у него имеется приличных размеров гематома, значит, его пытались еще и оглушить. Но когда вразумляющие методы воздействия не помогли, Максимов попросту прикончил своего приятеля.
– А деньги? Они где?
– Видимо, они сейчас у Максимова. Найдем его, найдем и деньги!
Но несмотря на бодрое заверение следователя, прошло целых пять дней, пока Максимов был задержан. Об этом по телефону сообщил им все тот же следователь.
– Можете спать спокойно. В ближайшее время Максимов вашей семье никаких неприятностей не причинит.
– Значит, успех!
– Успех, – подтвердил следователь, но как-то невесело. – Вот только где деньги, признаваться, шельмец, не желает. Впрочем, кому их возвращать, тоже не ясно. За эти годы владелец денег уже и сам оказался за решеткой. Счета его арестованы. Но ладно деньги, Максимов и в покушениях на жизнь своего подельника Лешко не признается. Твердит, что не топил его. И по голове ничем не бил. Ждал его в номере, Лешко заявился туда мокрый, грязный и шатался. Он даже не сумел оказать Максимову должного сопротивления. И Максимов легко с ним справился. Но мы будем работать с ним дальше. Не сомневайтесь, он у нас во всем признается!
Вова пошел сообщить эту новость остальным членам семьи. Мама перекрестилась. Отец налил и выпил рюмку валокордина. А Рая с Вадимом просто дружно выдохнули.
– И как вас только совесть не мучает! – воскликнул Вова. – Невиновного человека, этого Павла Максимова, сейчас прессуют в отделении за ваши художества!
– Не такой уж он невиновный! Убийца-то он! И сумку мы не брали!
– Объясните, зачем вы все так дружно напали на этого Лешко? Зачем пытались его убить?
Родные переглядывались, на Вову глаз не поднимали и заговорить не решались.