Из глаз потекли слезы. Соленая влага побежала по щекам, оставляя мокрые следы… Попыталась открыть глаза.
— Первый раз вижу, чтобы пациент начинал плакать, а потом открывал глаза, — мужской голос рядом заставил сфокусировать взгляд. — Доброе утро, Лиза, рад, что вы пришли в себя.
На меня смотрел мужчина примерно сорока лет одетый в белый халат. Доктор? Где я? В больнице? В голове пронесся ворох вопросов. Словно чувствуя их, мужчина продолжил:
— Вчера вас привезли в местную больницу с сотрясением мозга. Мы провели осмотр. С вами все хорошо, но ближайшие дни вам нужен покой и отдых.
— Как я сюда попала? — спросила сиплым голосом.
— Вас привез Максим, — ответил, внимательно за мной наблюдая.
Максим… Он его знает и, видимо, хорошо. Тут в голове вспыхнул вчерашний вечер… Витя, измена, побои, карточный долг, мое согласие… Резко стало нечем дышать. Попыталась сесть на кровати, но тут же упала обратно на матрас. Перед глазами все поплыло, а к горлу подступила тошнота. Врач бросился ко мне.
— Лиза, успокойтесь, вам сейчас лучше не делать резких движений. Просто лежите и отдыхайте. Хорошо?
— Хорошо, — согласилась я с ним и замолкла, отворачивая голову к стене.
Он некоторое время еще стоял рядом, а потом вышел. А я погрузилась в свой мир, полный боли и мучений, мир, имя которому Максим Старов….
Я знала, что рано или поздно он придет ко мне. Максим всю жизнь был упертым. Если что-то решил — по головам мог идти. Плевал на принципы, моральные устои. Все эти годы я ждала… Хотя… сначала ждала. Даже встретиться с ним пыталась. Хотела его увидеть, поговорить, но он был не досягаем. Потом смирилась и принялась ждать его. В каждом шорохе, в каждой тени за спиной видела его. Понимала, что брошенные им в тот день угрозы рано или поздно будут исполнены.
В некоторых странах человека приговаривают к смертной казни, но приводят приговор в исполнение не сразу. Приговоренный может несколько лет ждать своего момента, а потом неожиданно раз — и все. Пока он дождется своего часа, просто сойдет с ума, а может, сам наложит на себя руки.
Помереть мне не дали, от сумасшествия тоже лечили, так что оставалось тупо ждать часа икс. И вот он наступил. Мой палач пришел ко мне — выносить свой вердикт.
Я не верю, что Витя специально поставил меня на кон, Максим определенно его вынудил — это особая извращенная форма мести. Был ли у меня выбор отказаться? Конечно, был, но быть повинной в смерти еще одного человека я не готова морально. А платить мне все равно пришлось бы. Максим еще тогда решил — во всем виновата я…