Ледяной трон (Эльба, Осинская) - страница 98

— Идем заниматься?

— Идем, если у трила Лаеля нет для меня поручений.

— Нет, — немного рассеянно пробормотал маг. — Поговорим завтра с утра.

— Да, учитель.

Попрощавшись, я выскользнула следом за южанкой. Свой урок она решила провести в одной из комнат отдыха, окна которой выходили в сад. Мое предложение выйти на воздух Мирайя отвергла категорически, пожаловавшись на суровый климат даже во время Интара.

Мы устроились в плетеных креслах, и я некоторое время слушала объяснения по магии иллюзий, постепенно вникая в новые детали, пока наставница не решила, что пора перейти к практике. Сначала Айя допустила меня в свое сознание для демонстрации потоков, а затем попросила повторить.

По идее, моя иллюзия должна была получиться не только видимой, но и осязаемой, и даже обоняемой. В качестве образца был выбран один из цветков западных земель, который имел нежный розовый окрас, большие бархатные лепестки и тонкий сладковатый аромат. Задача казалась посильной, даже легкой, но… У меня не выходило. Как я ни старалась, стоило создать каркас иллюзии, как через пару мгновений все таяло. После пятого раза я тяжело выдохнула и откинулась на спинку, прикрыв глаза.

— Что с тобой, Кай?

— Не знаю. В голове постоянно крутится множество мыслей. Мне тяжело отвлечься и очистить разум.

— Что жэ занимаэт твои мысли?

— Война, уже давно, на мой взгляд, потерявшая смысл. Темный маг, цели и мотивы которого неизвестны. Король и его странное поведение…

«Война и вправду затянулась, но поверь, сейчас делается все, чтобы завершить ее. С Мором как раз все ясно — он выживает, как может, и делает все, чтобы приспособиться в новых условиях. Наш мир чужд для него и оттого так притягателен. Он стремится впитать как можно больше знаний, прежде чем вернется обратно домой. А вот с Рином тебе придется разбираться самой. В конце концов, именно ты запустила маятник этой истории, тебе его и раскачивать. Что-то еще?»

— Да… Мой брат.

— Зачэм ты истязаэш сэбя, Кай? Почэму нэ отпустит его?

— Если я перестану думать о нем, то предам его память. Видят боги, я пыталась. Много раз хотела забыться, перестать вспоминать и мечтать… Но с ним связано слишком многое в моей короткой жизни. Память постоянно подкидывает воспоминания, и катализатором может быть что угодно. Каждый раз боль разрывает мое сердце, прорастая вопросом «Почему?». Почему не заметила, что ему было плохо? Почему не помогла, когда он в этом нуждался? Почему не спасла… Я отпущу его, только когда смогу простить себя. Другой вопрос в том, захочу ли я этого когда-нибудь.