– Повод для чего? – осторожно спросил он.
– Чтобы поцеловать меня.
Его глаза вспыхнули огнем.
– Хочешь сказать, мне не обязательно танцевать с тобой, чтобы поцеловать тебя?
– Да.
– Ладно, – кивнул Аарон, но не пошевелился. Роза прочистила горло.
– Это было приглашение.
– Я знаю.
– Ну так что?
Он покачал головой.
– Тебе тоже не нужен предлог. Если желаешь целоваться, придется самой поцеловать меня.
Роза поняла, почему муж поставил такое условие. Он хотел, чтобы она сама приняла решение и первой пересекла установленную ею же границу. И это было справедливо – ведь Аарон уже поцеловал ее, когда они танцевали.
Громко вздохнув, Роза наклонилась вперед и обхватила ладонями затылок мужа.
– Точно так же, как и тогда, когда мы с тобой поцеловались в первый раз, – прошептала она, приблизив свои губы к его губам. – Похоже, я постоянно должна все делать сама.
А потом они целовались – страстно, до одури, – и уже не имело значения, кто первым начал…
Аарон ненавидел себя за то, что собирался сейчас уйти от жены, потому что прошлой ночью он сам спал в гостиной, чтобы помешать Розе сбежать. Но у него не оставалось выбора. И хотя его мучили тоска и вина, а внутренний голос твердил: «Это ложь! Ты обманываешь сам себя! Выбор есть!» – Аарон все равно собирался исполнить свое намерение.
Бросив прощальный взгляд на Розу, спящую голой рядом с ним, Аарон встал и сделал несколько звонков. Затем он собрал вещи, которые привез с собой, и заставил себя покинуть дом, не попрощавшись с женой.
«Роза меня поймет, – сказал он себе, когда сел в машину и отъехал от дома. – Она поймет, что я не хотел испортить любовь и страсть, которую мы дарили друг другу в эту ночь, обсуждением того, что будет дальше с нашим браком. И поэтому я ушел».
Было раннее утро понедельника, но аэропорт уже открылся. Аарон вызвал свой самолет. Хотя придется подождать, пока тот прилетит на остров, лучше сидеть в аэропорту, чем в доме, боясь, что Роза вот-вот проснется и поймет, что происходит. Тогда неизбежно состоится неприятный разговор или даже возникнет ссора.
Аарон пытался избежать всего этого не только ради себя, но и ради жены, хотел спасти их обоих от душевной боли. Так почему же он ненавидел себя за это решение?
Прошел месяц с тех пор, как Аарон оставил Розу одну в постели. Месяц с тех пор, как они занимались любовью. Месяц с тех пор, как она проснулась голая и одинокая.
Меньше всего Розе хотелось предстать перед Аароном. Если бы у нее был выбор, она сейчас находилась бы в Кейптауне – подальше от мужа – и продолжала работать над новой коллекцией одежды. Но вместо этого она сидела в его офисе в Йоханнесбурге и ждала Аарона, чтобы рассказать ему одну новость, а затем вернуться к той жизни, которой жила в Кейптауне.