— Я знаю недостаточно.
— Тебя проинструктируют, разумеется.
— А как насчет надлежащего порядка наследования?
— Это не твоя задача.
— Я все же думаю, что могу проявить интерес к тому, как достигается цель… Скажи, большинством смертей я обязан тебе или Мандору?
— Вопрос праздный, если учесть, что мы оба Всевидящие.
— Ты имеешь в виду, что здесь вы заодно?
— У нас есть разногласия, — сказала она. — Все, подводим черту под дискуссиями о способах действия.
Я вздохнул и выпил еще. Шторм крепчал над темными водами. Если тот странный свет под водой действительно Колесо-Призрак, интересно, зачем он пришел?
Молнии стали сплошным фоном, гром — постоянным звуковым сопровождением.
— Что ты имела в виду, — спросил я, — когда говорила о временах, для которых я предназначен и подготовлен?
— Настоящее и ближайшее будущее, — ответила мать, — с грядущим конфликтом.
— Нет, — сказал я. — Я имел в виду «предназначен и уникально подготовлен». Это как?
Нет, это наверняка был отблеск молнии. Мать никогда не краснела.
— В тебе соединились две великие родословные, — сказала мать. — Фактически твой отец был королем Амбера — недолго, между правлением Оберона и Эрика.
— Поскольку Оберон был жив в то время и не отрекался от престола, иных законных правителей не имелось. Рэндом — законный преемник Оберона.
— Предполагаемое отречение могло иметь место, — возразила она.
— Вот какое толкование ты предпочитаешь?
— Конечно.
Я понаблюдал за грозой. Глотнул вина.
— И по этой причине ты пожелала выносить ребенка Корвина?
— Логрус уверил меня, что именно это дитя можно идеально подготовить для здешнего царствования.
— Но папа никогда не значил для тебя слишком много, не так ли?
Она смотрела туда, где круг света теперь мчался по направлению к нам, а по пятам за ним следовали сверкающие молнии.
— У тебя нет права задавать этот вопрос.
— Я знаю. Но это правда, не так ли?
— Ты ошибаешься. Он очень много значил для меня.
— Но не в обычном смысле слова.
— А я не обычная личность.
— А я — результат эксперимента по выведению породы. Логрус отобрал самца, который бы дал тебе — что?
Круг подплыл совсем близко. Шторм настигал его, подойдя к берегу ближе любого, виденного мною до этого.
— Идеального повелителя Хаоса, — ответила мать, — способного править.
— Почему-то мне кажется, что было нечто большее, — сказал я.
Уворачиваясь от молний, яркий круг вышел из воды и помчался по песку прямо к нам. Если мать и откликнулась на мои последние слова, я не расслышал. Удары грома оглушали.
Огонек забрался на помост и остановился у моей ноги.
— Папа, ты можешь защитить меня? — спросил Призрак в промежутке между ударами грома.