Наблюдая за тем, как этот малыш с аппетитом надкусывает леденец, я внезапно ощутила, что тоже не прочь перекусить. Аппетит таки проснулся! Мой законный остывший обед унесли, оставив лишь чай, поэтому пришлось довольствоваться фруктами и принесенными Эгри конфетами.
Даже как-то уютно стало. Милый махровый халатик, белые носочки, чай, сладости и подоконник… Да я прямо как Тамия, принявшая позу у окна! Только магокамеры не хватает, чтобы меня в таком виде запечатлеть. Правда, мелкие ссадины и наливающиеся синяки все портят. Ну ничего, к завтрашнему вечеру от них и воспоминаний не останется.
Отхлебнув чай и не отрывая взгляда от картинки за окном, я подумала о следующем этапе игр. Он вызывал смешанные чувства: и предвкушение, и интерес, и волнение с настороженностью. Необычно это все-таки – отправляться в горы. А учитывая некоторые последние события, еще и отчасти рискованно. Не сомневаюсь, безопасность участников обеспечат. Но, как показала практика, любую защиту можно обойти. Еще и наблюдатели там будут, среди которых непременно окажется Дэйрон.
Подышав на стекло, чтобы оно запотело, я неспешно нарисовала на нем меч. А затем по-прежнему задумчиво смотрела на то, как он растекается, плачет маленькими капельками и…
– Обычно в таких случаях девушки рисуют сердечки.
На сей раз внезапному появлению Олдера я даже не удивилась. Привыкла, наверное. Вместо ответной реплики недолго думая еще подышала на стекло и быстро нарисовала две фигурки: одну поверженную, другую – возвышающуюся над ней. Поверженной, естественно, была не я.
– Любишь быть сверху? – последовал незамедлительный вопрос.
К поверженной фигурке добавился воткнутый в нее меч.
– Ясно, еще и садистские наклонности. Я учту.
Не удержавшись, я все-таки обернулась и, столкнувшись с наглыми карими глазами, недовольно заметила:
– Здесь вообще-то палата, а не проходной двор. Как тебя сюда пустили в такое время?
– Ну… – Олдер сделал вид, что задумался. – Пускать не хотели, пришлось немного поиграть.
– П-поиграть? – с невольной запинкой в ужасе переспросила я, во всех красках представив, что пришлось пережить несчастным работникам.
– Ни один лекарь не пострадал, – заверил маг, подойдя непозволительно близко ко мне. – Я не избиваю младенцев.
Смотреть на него снизу вверх мне абсолютно не нравилось, но подняться не представлялось возможным. Подоконник будто смазали клеем и прочно меня к нему прилепили, а еще – приклеили мой взгляд к чуть поблескивающим карим глазам, оторваться от которых я также не могла.
Ужасное чувство. Раздражающее!